Книга В закоулках Мироздания, страница 58 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Ничего не понимаю, Дима, – сказала я, – все так запутанно и витиевато.

— Вот и я подумал то же самое, Анна Сергеевна, – кивнул Димка, – она еще так все это говорила красиво, будто стихами… И в тот момент когда я так подумал, эта женщина вдруг изменилась. Волосы ее почернели, корона на голове исчезла, превратившись в замысловатую прическу с двумя косами, которые, словно змеи, свисали на грудь, а длинное платье до пола с роскошной вышивкой стало намного короче и на боках его появились два разреза почти до самой талии. И после этого в руках у женщины появилась маленькая дымящаяся черная трубка, которую она тут же сунула в рот.

Я не была обделена воображением, поэтому все то, что рассказывал мальчик, представлялось мне так отчетливо, словно я видела это собственными глазами. Таинственная женщина, что поначалу предстала блистающей царицей, путем непостижимой метаморфозы изменила свой облик – что бы это могло значить?

Эта женщина закинула ногу на ногу, и сделав глубокую затяжку, спросила Димку:

«Нравится, мальчик? Именно в таком облике меня знают мои возлюбленные дочери, храбрые амазонки, которые скачут на своих быстрых лошадях по местным бесконечным равнинам. Конечно, такой вид не очень подходит солидной богине, но жизнь среди моих дочерей приучила меня к простым радостям: быстрой скачке, яростной схватке с врагом и хмельному вину. Но тебе пока еще рано об этом рассуждать, хотя некоторые мои непутевые родственники наверняка попытаются пристрастить тебя к разным дурным привычкам.»

Меня охватило какое-то чувство, словно вместо Димки именно я должна была стоять в той пещере перед этой странной женщиной и выслушивать ее наставления. И только гнет ежедневных забот и груз ответственности помешал мне услышать ее зов и прийти в то место. Наверное, я для этого оказалась слишком уж взрослой.

— Действительно, наверное, рано, – быстро пробормотала я, – продолжай, Дима, что она сказала дальше?

— Она сказала, Анна Сергеевна, – ответил Димка, – что, хоть мы и попали в этот мир волей одного из ее родственников, то она все равно чувствует за нас свою ответственность. Потом она уже чуть более понятно стала говорить…

Он немного помолчал, потом, прикрыв глаза, продолжил таким же ровным и безучастным тоном как и прежде – очевидно, цитируя наизусть речь таинственной богини:

«Много лет назад, вот так же, еще один мой родственник решил завести себе ручных солдатиков и привел сюда народ, потерпевший у себя на родине поражение от смертельных врагов, и который ныне называет себя тевтонами. Он думал, что в благодарность за спасение эти люди будут ему поклоняться и приносить кровавые жертвы. У них были большие машины и оружие, плюющееся огнем, а еще их было достаточно много, чтобы завоевать обширные и богатые земли поблизости от этого места. А тот родственник все равно потерпел жестокое разочарование – попав сюда, тевтоны начали поклоняться сущности, которую они называют херр Тойфель. Потом их машины перестали действовать, а оружие плеваться огнем, но дело уже было сделано, тевтоны были уже здесь. Ты их узнаешь сразу, как увидишь, потому что они повсюду ездят на высоких черных лошадях, они с ног до головы закованы в черные доспехи, и знаком им служат две серебряные молнии. Так в наш мир проникло зло, которое и сделало его темным, и тьма эта сгущается с каждым днем, отчего все мы, владыки этого мира, пребываем в тревоге и печали.