Книга Прибежище богов, страница 146 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Но мы ее учим, и есть уже успехи, чего нельзя сказать о нас, в смысле обучения стрельбе из лука. Но мы все равно стараемся, потому что здесь это очень важно. Лук – это и возможность добыть себе пищу, и защита от нехороших людей, и знак статуса, который говорит, что это человек вольный и имеет право носить оружие. Тут у амазонок вообще считается, что если безоружный, то значит раб, поэтому теперь и у меня, и у Янки на талию надеты ремни с трофейными тевтонскими кинжалами, а у Митьки так и вовсе настоящий амазонский меч-акинак, точно такой же, как и у самой Агнии.

Носить меч и не уметь им пользоваться – это не дело, поэтому Агния еще учит Митьку фехтованию. Но тренируются они не на настоящих мечах, которые носят на поясе, а на выструганных из дерева палках с закругленными концами. Обычно при этих тренировках присутствует кто-то из взрослых – или сам капитан Серегин, или один из его сержантов. Но сегодня никого нет – наверное тоже все заняты делами из-за этих дурацких Геры с Артемидой.

Потом еще куда-то улетел штурмоносец – что там на самом деле было, мы не видели, а видели только то, что он поднялся высоко-высоко (совсем не так, как когда сегодня утром, когда на нас пытались напасть тевтоны) и полетел куда-то в сторону гор. Может, капитан Серегин там чего-то забыл, а теперь хочет забрать? Не знаю. Посмотрев, как пропадает в небе яркая точка, мы вернулись к своим делам – то есть Митька и Агния взялись за свои деревянные мечи, а мы с Янкой принялись дружно болеть за Митьку. Но получалось у нас плохо, в смысле Митька все время проигрывал. Это и неудивительно, потому что Агния сказала, что она, когда была совсем маленькой, сперва взяла в руки учебный детский меч, а потом уже научилась хорошо ходить. Вот.

Потом к нам на берег пришла Анна Сергеевна, посмотрела, как эти двое смешно стучат своими палками, пыхтят и прыгают, а Митька время от времени еще и болезненно вскрикивает, когда Агния достает его кончиком своего «меча», делая довольно неприятный синяк. Будет потом Димке Колдуну работа сводить с него все эти «украшения», чтобы к завтрашнему утру он был снова как огурчик. Иногда Димку заменяет Лилия, но Митька ее стесняется – девчонка ведь, хоть и богиня. Анна Сергеевна посмотрела, как мы с Янкой болеем за Митьку, хмыкнула одобрительно и пошла на берег реки – туда, где старая ива широко раскинула свою крону над берегом с текучей водой, в тени которой было прохладно даже в самую сильную жару. Она у нас такая – как только чуть становится потеплее, так она сразу говорит, что устала выносить эту ужасную жару и духоту. А время было уже к обеду, и действительно становилось жарковато. Агния и Митька взмокли, но все равно продолжали свое «фехтование».

Тем временем Анна Сергеевна сняла кроссовки и опустила босые ноги в текущую воду почти по колено. Я знаю, что если так сделать, то жара почти не ощущается. И тут все и началось.

Оттуда, где сидела «богиня Анна», послышался ужасный шум и плеск, и она громко закричала. В это время мы с Янкой смотрели не на нее, а на Митьку с Агнией, а те, естественно, смотрели не по сторонам, а друг на друга. Посмотришь тут по сторонам, когда тебе по лбу может хорошенько прилететь концом деревянной палки.

Повернувшись, мы увидели страшную картину, от которой у меня волосы на голове зашевелились – какой-то большой речной зверь, вроде помеси дельфина и крокодила, схватил Анну Сергеевну своей пастью за ногу и пытается утащить ее к себе в воду, а та держится за толстую ветвь ивы и кричит. Если бы мы ждали, пока прибегут взрослые со своими ружьями, то зверь, наверное, успел бы утащить ее в свой омут и там ее скушать… Но Агния не стала ничего ждать, а, отбросив в сторону палку, которой мне чуть не попало по голове, выхватила из ножен на поясе свой меч, с боевым кличем добежала до берега и в один прыжок лихо запрыгнула на плечи чудовищу – в этот момент она была похожа на стремительный вихрь, у меня аж в глазах зарябило от той скорости, с которой она перемещалась. После чего наша подруга перехватила меч двумя руками и с размаха сверху вниз вонзила острие в заднюю часть черепа зверя почти по самую рукоять. Это было круто… Мы все так и стояли, разинув рты, а тем временем жуткий зверь выпустил пораненную ногу Анны Сергеевны из окровавленной пасти, заревел страшным голосом, потом дернулся всем телом, взбивая пену – да так, что Агния чуть было не слетела с его загривка – и тут же испустил дух.