Книга Творец государей, страница 152 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Лейб-гвардии майор Шепелев обернулся и, перекрикивая барабаны, рявкнул: «А ну, цыц, шельмы!», одновременно погрозив семеновцам покрасневшим от холода кулаком. Кулак у майора был тяжел, и многие солдаты неоднократно испытывали его воспитательное воздействие на своих мордах и ребрах. Как даст больно, так сразу и загнешься!

Впрочем, данная выходка не имела дальнейших последствий, потому что как раз в этот момент юный император сделал шаг вперед и заговорил:

— Господа семеновцы, друзья мои и братцы! Сегодня, в трудный для Отчизны час, когда злобные изменщики из Тайного Совета, обуянные безумием, решили отстранить от власти меня, вашего законного императора, и посадить на мое место вечно голодную курляндскую герцогиню, ограничив ее в правах, чтобы самим, самым противоестественным образом править государством российским, созданным трудами моего деда Петра Великого, попустите вы такое непотребство или встанете как один рядом со мной, чтобы отстоять государство российское от тянущихся к нему жадных рук разных проходимцев?

— Солдаты и офицеры семеновского полка, – звонким голосом поддержала императора Елизавета, – не вы ли называли меня матушкой и клялись пойти за мной в огонь и в воду?! Так поддержите же законные притязания нашего юного государя Петра Второго, чтобы правил он государством российским по закону отцов и дедов, а не по новомодным измышлениям разного рода безумцев.

— А как же ты, матушка?! – эмоционально воскликнул одни из солдат. – Неужели ты решила нас покинуть и уйти в монастырь?

— Или выйти замуж за этого лопуха Лешку Шубина, – донесся еще один, на это раз ехидный выкрик, – чтоб у него морда от счастья поперек треснула!

— Моя судьба теперь действительно выйти замуж, – ответила Елисавет Петровна, – но не за прапорщика Шубина, которому суждена другая невеста, а за заморского государя, для того, чтобы стать для его подданных законной королевой! Но государство российское находится в опасности, а посему я прошу вас поддержать законного императора Петра второго и не дать господам из Верховного Тайного Совета одержать над ним торжество, надругавшись над законом отцов. Знайте же – они и меня хотели убить и только чудом чудесным и промыслом господним, при помощи князя Великой Артании, мне удалось спасти от них свою жизнь.

После этого сообщения в рядах семеновцев прошел тяжелый гул; цесаревну в полку любили и считали своей креатурой в случае выдвижения на царство, одновременно сетуя на ее политическую вялость и аморфность. Ну не желала цесаревна становиться российской императрицей – и все тут, отчего с радостью ускакала замуж за сто двадцать пять лет тому назад. А то, что омоложенный Генрих оказался красавчиком и ловеласом, стало всего лишь приятным бонусом к французскому замужеству. Но перед отъездом она была совсем не прочь, во-первых, закрыть свои долги перед Артанским князем, который предоставил ей такую блестящую возможность; а во-вторых, помочь дорогому папеньке одержать первую победу в его второй жизни. А почему бы и нет – назло гадким Голициным и Долгоруковым, которые уже списали ее и приговорили к смерти. Аминь!

— Веди нас, матушка, – пылко воскликнул первый солдат, – и мы порвем штыками любого, кто скажет тебе хотя бы дурное слово. Но только скажи нам, как мы попадем в Москву, ведь Верховный Тайный Совет заседает там, а мы находимся здесь – в Санкт-Питербурхе? Пешего же ходу и летом-то до Москвы три недели, а зимой будет и весь месяц и неделя в хвостиках… Али, матушка-цесаревна, энти самые Верховники сами к нам собрались?