Онлайн книга «Год 1914-й. До первого листопада»
|
Сейчас это у меня пока только теоретические знания, с целью самообразования почерпнутые из книг милейшей Ольги Васильевны, поскольку товарищи большевики, сосредоточившиеся на проблемах промышленного пролетариата, в вопросах сельской жизни откровенно плавают. Но пройдет еще немного времени – несколько дней, не больше недели – и российское командование, стянувшее к границе полностью отмобилизованные корпуса, начнет роковую для себя Восточно-Прусскую[17] операцию. Перепуганный Париж уже сейчас бомбардирует свое посольство в Петербурге отчаянными телеграммами с требованием к царю Николаю как можно скорее, лучше всего немедленно, начать на Восточном фронте хоть какое-нибудь наступление. А то может получиться нехорошо – прусский Михель, если его не отвлечь, в очередной раз поимеет задорную Марианну во все ее отверстия. Да и британцам тоже несладко – их предполагаемый район высадки в Кале вот-вот захлестнет волна германского наступления, после чего конечный пункт назначения для транспортных пароходов придется переносить в Гавр, Шербур или даже в Брест. И ведь кто их знает, этих русских генералов: что если, откликнувшись на эти жалобные вопли, они начнут наступление наличными силами, не дожидаясь прибытия запасных из внутренних округов Российской империи и переброски во вторую армию двух дополнительных корпусов (первого – из Санкт-Петербурга, и тринадцатого – из Московского военного округа)? Именно по этой причине в Основном Потоке наступление первой армии Ренненкампфа началось семнадцатого августа (по Григорианскому календарю), а Самсонов принялся действовать только двадцать третьего августа (то есть почти неделю спустя), когда Ренненкампф, выиграв несколько сражений, остановил свои войска для отдыха и подвоза боеприпасов. Это обстоятельство позволило подоспевшей сладкой парочке, Гинденбургу и Людендорфу, разбить эти две русских армии поодиночке. Сначала с фронта Ренненкампфа снимаются все немецкие войска и по внутренним операционным линиям перебрасываются на фланги армии Самсонова, где создается многократное численное превосходство. Фланговые первый и шестой корпуса второй армии разбиты и отступают, но сам Самсонов об этом даже не подозревает. Командир первого корпуса генерал Артамонов не стал сообщать своему командующему об отходе, а командир шестого, генерал Благовещенский, просто бросил свои войска и убежал в тыл, после чего отступление его корпуса переросло в безоглядное бегство. В результате, пока центр второй армии продолжал оказывать давление на немецкие позиции, ее фланги провалились, а командующий об этом узнал слишком поздно, а когда узнал, то колебался с командой на отход еще целые сутки, потому что у него имелся неотмененный приказ комфронта Жилинского продолжать наступление вглубь Восточной Пруссии. В результате этих колебаний последовало: окружение трех русских корпусов, отчаянное сопротивление русских войск с попытками прорыва, и в конце – полный разгром, поставивший крест на расчетах русского командования провести быструю победоносную войну. И вся эта спешка и суета, ставшие одной из причин[18] поражения, случились из-за панических воплей с берегов Сены. В этом мире после моих проделок эти крики будут децибел на двадцать громче и на две октавы выше, что может привести ко вполне предсказуемому итогу. Господа франкофилы бросятся исполнять приказ своих парижских хозяев, вследствие чего наломают еще больше дров, чем в Основном Потоке. Наихудшее произойдет, если решение о начале наступления будет принято еще до окончания процесса развертывания войск по штатам военного времени и завершения переброски дополнительных корпусов из глубины страны. Тогда операция может закончиться тем, что русские армии будут разбиты без привлечения переброшенных с запада резервов, а также без участия таких титанов военной мысли, как Гинденбург и Людендорф. Ибо, как об этом писал военный историк Зайончковский, «первый период кампании 1914 г. на Восточном театре прошёл со стороны русских под знаком желания выполнить во что бы то ни стало все обязательства перед французами и оттянуть на себя германские силы, совершенно не соображаясь со степенью готовности своих армий». |