Онлайн книга «Год 1914-й. До первого листопада»
|
— И что же, вы думаете, сейчас возможно что-то подобное тому, что творилось в вашем мире во времена этого, как его, Гитлера? – с сомнением произнес Ильич. — Нет, – ответил я, – пока в Германии у власти кайзер Вильгельм, а также клика помещиков и крупных капиталистов, по части военного грабежа и поместий с рабами народным массам ничего не светит. Нынешние власть имущие всю ценную военную добычу намерены забрать себе, оставив рядовому составу курку, млеко, яйки и девку на сеновале. То, что позволено Юпитеру, не позволено быку. Германские солдаты, которых вы сейчас видите, это не сам нацизм, а вспаханная и унавоженная почва под него, в которую достаточно бросить семя. После победоносного завершения войны в Германии вполне может произойти революция, и верх в ней под лозунгами справедливого раздела добычи возьмут националистические и прямо нацистские элементы. Каждый фронтовик захочет себе долю от завоеванного богатства. Если Германия потерпит поражение, как и было в Основном Потоке, то революция в Германии окажется отложенной на одно поколение, и пройдет она под лозунгом реванша за поражение в этой войне. И опять в борьбе за выбор пути в силу особенности германского национального менталитета нацисты будут иметь решающее преимущество над социал-демократами большевистского толка, сиречь коммунистами. И это при том, что обычные социал-демократы на первом этапе будут подмахивать реакционным силам. Когда их вожди увидят, что они сами взрастили и откормили своих палачей, то будет уже поздно, ибо после прихода к власти нацисты не потерпят никаких конкурентов. И особенно сильное отвращение у сторонников сильной руки и ницшеанцев вызывает слизнеобразная и рептильная европейская социал-демократия. Даже разного рода псевдохристианские партии продержатся в германской политике дольше… — Вот тут вы, батенька, совегшенно пгавы! – воскликнул Ильич, «фирменным» жестом заложив большие пальцы за проймы жилета. – Европейская социал-демократия – это премерзкое явление, а господин Каутский – первый пособник всяческих реакционеров. Но все же наверняка у вас по этому поводу есть какое-то откровение, которому я непременно должен буду внять. — Откровение есть, и даже не одно, – сказал я, – а вот внимать им или нет, дело ваше. Силой я вас принуждать не буду. Но не дай Всемогущий Боже, если вы проигнорируете мое предупреждение, а потом мне придется возвращаться в ваш мир, чтобы вооруженной рукой исправлять ваши фатальные недоработки. Цена вопроса понятна? Ленин кивнул и сказал: — Будьте увегены, товагищ Сегегин, я отнесусь к вашим словам со всем возможным вниманием. Я сделаю это не потому, что вы посланец Доброго Боженьки, к которому я с самого детства относился весьма скептически, а оттого, что вы по большей части разделяете цели и задачи нашей партии, расходясь с ней по большей части только в методах. Практического опыта у вас больше чем у всех наших товарищей, включая старика Маркса и зря, без смысла, вы еще не сказали при нас ни одного слова. Итак, товагищ Сегегин, я вас внимательно слушаю и запоминаю. — Во-первых, – сказал я, – надеяться на социалистические революции в Европе нет никакого смысла. При ухудшении материального положения малоимущих классов массами там овладеют националистические, а не социалистические идеи. Исключением из этого правила являются только близкие к русскому этносу сербо-черногорцы и болгары… |