Книга Чаша гнева, страница 102 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Итак, - сказал я, - следующая наша операция называется «Дюльбер». Именно в этом имении, если я не ошибаюсь, принадлежавшем Великому князю Петру Николаевичу, укрылись сейчас все «крымские» Романовы.

— А почему, господин Серегин, вы не хотите сначала освободить из заточения Ники с семейством? - спросил Михаил Романов.

— Бывшему царю и его близким сейчас пока ничего не угрожает, - ответил я. - При нынешних средствах коммуникации Тобольск - это почти другая планета. Там даже о разгоне Учредительного собрания узнают не раньше, чем через десять дней. Экстракция членов вашей семьи будет производиться в порядке убывания угрозы гибели спасаемых лиц. Опасность для вас лично была наиболее велика, и мы едва успели. Романовы в Крыму собраны в одно место и находятся под относительно надежной охраной человека, который расстреляет их только при получении приказа из Петрограда, лично от господина Ульянова. При этом нам известно, что такой приказ никогда не поступит, и в то же время местные Советы, где власть захватили анархиствующие товарищи, буквально выпрыгивают из штанов, желая расправиться с представителями «кровавой царской своры». На убежище ваших родственников было уже несколько набегов вооруженных банд - и отбить их удалось только предупреждающим пулеметным огнем поверх голов. Для товарища Задорожного у меня есть мандат, подписанный Ульяновым-Лениным, а вот чтобы ваши родственники, фигурально говоря, не начали в панике прыгать из окон, мне нужна ваша помощь.

— Кстати, господин Серегин, - хмыкнул мой гость, - исчезновение незнамо куда правоэсеровских и меньшевистских депутатов Учредилки - ваших рук дело?

— Ну почему незнамо куда? - удивился я. - Остров Пасхи за сорок тысяч лет до нашей эры -это вполне курортное место. Море, пляжи, лес, весна круглый год и никаких хищников. Туда же я присовокупил и находившихся под арестом в Петропавловской крепости кадетов и октябристов. Самое подходящее место для политических болтунов, чтобы они могли постигать Дзен и достигать истинного обезьяноподобия. А что еще я должен был сделать с самовлюбленными придурками, что отобрали власть у вашего брата, но не сподобились совершить ничего хорошего, а одно только плохое, превратив неприятную ситуацию в катастрофу? Это не большевики разрушили государство, а эти бабуины, поэтому по подвигу будет и награда. И вообще, мы с господином Дзержинским достигли соглашения о том, что всю арестованную «контрреволюцию» его люди будут передавать в мое ведение, а уже я решу, кого отправить в отстойник на остров Пасхи, кого использовать по специальности в других мирах или принять на службу, а кого выбросить во тьму внешнюю. Есть, знаете ли, такие люди, которые в Основном Потоке совершили такие преступления против собственного народа, что им теперь и жить-то незачем - как, например, генерал Краснов, пошедший на службу к врагам России. Или ваш двоюродный брат Кирилл Владимирович, сначала принявший самое активное участие в февральском перевороте, а потом провозгласивший себя императором в изгнании Кириллом Первым...

— Кузен Кир - это просто невоспитанный балбес, - вздохнул Михаил. - Хотя, сказать честно, в те дни я и сам был не умнее его. Всем нам тогда казалось, что Россия погибнет, если не принять экстренных мер, чтобы сломить упрямство Ники. Поэтому прошу, не судите его слишком строго.