Книга Чаша гнева, страница 72 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Ну что же, господин Посланец, если вы обрушили свой гнев на самых злобных наших гонителей, то нам тоже следует смирить гордыню и пойти на соглашение с новой властью... - вздохнул патриарх. - Но как же этого добиться, если господа большевики не верят нам, а мы не верим им?

— Наверное, вам следует подписать с господином Ульяновым имеющий силу закона особый договор о сосуществовании русской православной церкви и советского государства, на латыни именуемый конкордатом, - ответил Серегин. - За основу можно взять тот документ, который в свое время подписали Наполеон Бонапарт и папа Пий Седьмой. Ну а я, со своей стороны, строго прослежу, чтобы товарищи большевики перестали заниматься отсебятиной и произволом, и начали строго исполнять свои собственные установления, ибо еще одна моя должность зовется Бич Божий. Я уже предупредил всех действующих лиц, что мне было бы крайне нежелательно возвращаться в этот мир для исправления недоделок и переделки уже сделанного. Виновные в подобном происшествии могут оказаться в таком месте, откуда даже обыкновенный ад покажется им раем.

— Ну хорошо, господин Посланец, - сказал Тихон уже вполне миролюбивым тоном, - ваше предложения урегулировать наши отношения с советской властью при помощи особого договора кажется мне вполне разумным. Но мне понадобится время на обдумывание деталей. Теперь скажите, как я смогу связаться с вами в случае необходимости: мне следует опять обратиться с молитвой к Всемогущему Господу, или есть и другие способы?

— Другие способы есть, - сказал Артанский князь, передавая патриарху свой портрет, где он был изображен при всех архангельских атрибутах и с обнаженным мечом Бога Справедливой Оборонительной Войны. - Вы только проведите пальцем по этой иконке, и я сразу же выйду с вами на связь. И она же сообщит мне, если вам станут докучать нехорошие люди. Тогда я явлюсь к вам без особого приглашения и сразу начну отрывать головы. Вы уж поверьте, Ваше Святейшество, за мной не заржавеет.

— Я вам верю, - ответил патриарх, - ибо Господь отрекомендовал вас мне самым наивысшим образом. Если вы сумеете прекратить гонения на нашу церковь, то это будет свершение, равное подвигу Владимира Крестителя.

— Я это делаю не ради вашей церкви, а ради русского народа, - хмыкнул Артанский князь, - которого нельзя лишать ни веры в справедливость, ни веры в Бога. И вот еще что: если в богадельнях при ваших церквах и монастырях имеются увечные русские солдаты и офицеры - травленные газами, ослепшие, безрукие, безногие и парализованные - то отдайте указания подготовить их к перемещению в мои владения, где мои медики полностью восстановят им здоровье. Такое у меня правило. Оживлять мертвых мои врачи не умеют, ибо Господь сделал процесс смерти для обычных людей необратимым, но вот все остальное вполне в их силах.

— А как же Иисус Христос? - не удержался Тихон от вопроса.

— А Иисус Христос с самого начала своей жизни не был обычным человеком, - парировал Серегин. - По крайней мере, в этой ветви миров, другого такого Сына Божьего, нераздельно и неслиянно соединяющего в себе человеческую и божественную природу, больше не будет. Все священные истины о любви к ближнему и равенстве всех людей перед Престолом Господним уже сказаны, и теперь такие, как я, должны вбивать их рукоятью меча в разные упрямые головы. На этом, пожалуй, нам следует закончить нашу занимательную беседу. Счастливо оставаться, Ваше Святейшество!