Книга Год 1941 Священная война, страница 133 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Вот последний «юнкере» рухнул поодаль, подняв в небо клуб черного дыма, смешанного с бензиновым пламенем, и на этом представление в небе закончилось. Бойцы и командиры противотанковой артбригады, только что приветствовавшие каждую атаку стремительных стреловидных аппаратов подбадривающими криками и радостным улюлюканьем, опустили глаза и увидели, что неподалеку от них в сопровождении личной охраны и свиты из адъютантов стоит самый настоящий советский генерал-майор в слегка помятой и запыленной полевой форме. Вот не было никого - и вдруг явление; при этом поблизости не видно ни машины, ни какого другого транспортного средства, которое могло бы доставить этого генерала сюда к Онацковцам.

— Товарищ полковник, ко мне! - вроде бы негромко, но с повелительными интонациями произнес генерал, и командир бригады, стряхнув оцепенение, выполнил приказание.

— Полковник Турбин, - козырнув, представился он генералу, - командир третьей артиллерийской бригады противотанковой обороны.

— Генерал-майор Рокоссовский, - ответил тот, - приказом товарища Сталина с сегодняшнего дня назначен командующим шестой армии с прямым подчинением Ставке Верховного Главнокомандования, минуя штаб Юго-Западного фронта. Вот, прочтите...

С этими словами генерал Рокоссовский показал полковнику Турбину распоряжение Верховного о своем новом назначении и чрезвычайных, буквально драконовских полномочиях.

— В силу данных мне чрезвычайных полномочий, - сказал новый командующий армией, едва командир противотанковой артбригады усвоил информацию и, самое главное, осознал подпись под приказом «И-Ст», - я отменяю приказ генерала Кирпоноса о перебазировании вашей бригады под Бердичев. Ваш фронт здесь. Ни один германский танк не должен прорваться через Остропольский УР к Любару, а немцами, окопавшимися в настоящий момент в Бердичеве, займутся уже другие части. Приказ понятен?

— Так точно, товарищ генерал-майор! - ответил полковник Турбин, испытавший от слов генерала чувство облегчения. - Ваш приказ понятен и будет выполнен.

Командир противотанковой артбригады был боевым командиром с опытом советско-финской войны, в ходе которой его два раза повышали в чине^[25] и должности, а также отметили званием Героя Советского Союза. Поэтому он понимал, что уход его части с данного участка фронта не только до предела ослабит возможности противотанковой обороны, но и может вызвать панические настроения среди личного состава УРовского 511-го стрелкового полка. Десантники с позиций не побегут и будут драться насмерть, а вот от призванных на краткосрочные сборы малороссийских селян и обитателей маленьких городков при малейшем деморализующем действии можно ждать чего угодно. Однако приказы в армии положено выполнять, а не обсуждать, даже несмотря на их самоочевидную глупость и предсказуемые тяжкие последствия. И вот теперь мучительное чувство тягостного бессилия вдруг разрешилось само собой.

Командир воздушно-десантной бригады полковник Глазков, также присутствующий при этом разговоре, испытал чувство, схожее с тем, что испытывает приговоренный к смерти, уже на краю эшафота услышавший указ о помиловании. Отмененный только что приказ Кирпоноса о перебазировании противотанковой артбригады превращал его бойцов в чистых смертников. Немецкие танки на позиции Остропольского УРа прут со страшной силой, и права отступить у его бойцов нет. У настоящего десантника, как и у самурая, долг перед Родиной тяжелей горы, а смерть в бою легче перышка. Но на этом моменте для командира воздушно-десантной бригады еще ничего не закончились. Рокоссовский, выцепив взглядом среди артиллеристов полковника в общевойсковом обмундировании, но с голубыми петлицами, обозначавшими принадлежность к военно-воздушным силам^[26], скомандовал: