Книга Год 1941 Священная война, страница 52 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Здравствуйте, товарищ Сталин, - спокойным ровным тоном говорит Артанский князь, так как именно эта сущность на данный момент доминирует в собеседнике вождя.

— Здравствуйте, товарищ Серегин, - отвечает Верховный. - Мы вас слушаем.

— Нет, товарищ Сталин, - ответило изображение на «портрете», - это я вас слушаю. Вы согласны с моим предложением вступить в союз или предпочтете договариваться с британцами и янки?

— Вот именно так, товарищ Серегин: или-или? - спокойно спросил вождь советского народа.

— Да, именно так, товарищ Сталин, - ответил Артанский князь. - Англосаксы - это такие союзники, с которыми не надо никаких врагов. Неужто в этом вас не убедил опыт злосчастного царя Николая, вляпавшегося в Антанту, будто мужик ногой в коровью лепешку? Там, в прошлом моего мира, иначе еще называемого Основным Потоком, это ваше решение было вынужденным, обусловленным множественными поражениями Красной Армии и тяжелым положением Советского Союза, но в этом мире, уже выбитом мною из накатанной колеи, все будет совсем не так. Это я вам обещаю.

— Товарищ Ленин из мира четырнадцатого года отрекомендовал вас наилучшим образом, -сказал Верховный, - но почему-то вы не представили подобного рекомендательного письма от товарища Ленина из восемнадцатого года, и это нас настораживает...

— На Третьем съезде Советов, уже практически перед самым его закрытием, на товарища Ленина было совершено покушение, в результате которого он был тяжело, почти смертельно ранен, - ответил Серегин. - В затылок вождю мировой революции стрелял известный вам Леонид Канегисер, выполнявший приказ ЦК партии левых эсеров. Я в это время занимался неотложной калединско-корниловской проблемой на Юге России, и физически не имел возможности контролировать обстановку в Петрограде, а потому попал только к шапочному разбору. Как показало следствие, так называемый «заговор послов» не был эпизодическим экспромтом лета восемнадцатого года, а в той или иной форме существовал еще с дореволюционных, и даже довоенных времен. В январе восемнадцатого года товарищ Ленин с моей помощью смог заключить вполне благоприятный Брестский мир с Германской империей, сумел очистить ЦК партии большевиков от разных красивых ненужностей, ушел от линии на разжигание Гражданской войны, после чего на открытии Третьего Съезда Советов во всеуслышание провозгласил курс на создание государства трудящихся и мирное построение социализма. Но такое развитие событий было странам Антанты как ржавым серпом по причиндалам: им хотелось, чтобы русские воевали и с немцами и между собой, а потому господа послы приняли решение о скорейшем физическом устранении главы большевистской партии и правительства, задействовав при этом свою агентуру в руководстве партии левых эсеров. В настоящий момент товарищ Ленин находится на излечении в одном интересном мире, где имеются функционирующая медицинская реанимационная аппаратура и специалисты в ранге профессоров медицины цивилизации пятого уровня, но так как это дело небыстрое, вместо него обязанности председателя Совнаркома и лидера большевистской партии выполняет местный товарищ Сталин.

— Интересно, - с сомнением произнес Верховный, - с одной стороны, вы как бы оказываете неоценимую помощь, а с другой, из-за этой помощи обстановка даже обостряется. Почему так?