Книга Год 1976, Незаметный разворот, страница 135 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Я надушилась «Шанелью», напудрилась, накрасила губы, и мы вышли.

Сначала мы зашли к нашим друзьям. Они уже были в сборе. Кирилл к этому времени уже протрезвел. Он пребывал в каком-то перманентном состоянии изумления, постоянно качая головой и приговаривая: «Не может быть... Не может быть... Не верю!», и очень комично щипал себя за плечи.

— Веришь ты или нет, сути дела это не меняет, - добродушно посмеиваясь, говорил ему Миронов. - Кстати, ты проспал самое интересное! Но зато мы имели удовольствие лицезреть изумительную картину - как ты величаво плывешь по воздуху, точно сопящее облако...

— Да-да, - хихикала Лариса. - Облако в штанах!

— Пить надо меньше! - сказал Андрей Миронов, приводя себя в порядок перед зеркалом -он был тот еще щеголь.

— Пить надо больше! - возразил Кирилл. - Иначе эта жизнь невыноси-и-има!

Это он, конечно, кривлялся, стараясь скрыть свое смущение от того факта, что он переместился в другой мир в совершенно бесчувственном состоянии.

— Кто бы говорил! - расхохоталась Лариса. - Уж твоя-то жизнь очень даже выносима. И даже с комфортом выносима!

— Чья? Моя? - уставился на нее Кирилл, прикинувшись дурачком.

— Ну, конечно, не моя же! - усмехнулась Лариса. - Кого вынесли по воздуху из квартиры на малой Грузинской, чтобы доставить прямо в Тридесятое царство, а потом заботливо несли прямо до ванны с живой водой? Бултых - и поплыл! А после вытрезвления тебя, свеженького как огурчик, без малейших признаков похмелья, весьма милая девочка проводила прямо до нашей двери. Так что не жалуйся!

Все смеялись. Все были веселы и бодры. И когда я сказала, что мы приглашены в гости к хозяйке этого места и идем туда прямо сейчас, то все восприняли это известие с энтузиазмом.

На двери Анны не было ни номера, ни таблички, лишь вырезанный на дереве знак: пирамида и глаз наверху.

— Символ разума... - пробормотал Михаил Брук, кивнув на изображение.

Едва Володя поднял руку, чтобы постучать, как дверь отворилась сама с каким-то вкрадчивым мелодичным звоном.

И тут же мы увидели весь этот «цвет Тридесятого царства», о котором говорила Анна. Здесь, в просторной зале, которую можно было обозреть от порога, находилось множество, как мне показалось, самых разных людей... и кое-кто из них был нам уже знаком. Сам Серегин, правда, отсутствовал, зато здесь была Ника, причем не в каком-нибудь штатском платье, а в своей военной форме, которую эта особа носит с такой естественностью, будто это ее вторая кожа.

Анна, вышедшая нас встречать, была обворожительна в длинном изумрудном платье с открытыми плечами, и буквально приковывала к себе взгляды наших мужчин. Я отметила, как смотрит на нее мой Володя... и получила чувствительный укол ревности. Это был ТОТ САМЫЙ взгляд... это была ТА САМАЯ улыбка, перед которой мало кто мог устоять. Володя не был красавцем, но женщины штабелями падали к его ногам. При этом ему нравилось покорять... добиваться... Но начиналось все как раз с этой вот улыбки.

Можно было бы заявить с высокой долей уверенности: если Володя так кому-то улыбается, эта особа непременно окажется у него в постели. Ему даже и усилий прилагать не придется. Впрочем, это была не какая-нибудь поклонница, а Анна Сергеевна, которая сама о себе говорила как о маге разума... В ней действительно было нечто глубоко разумное и правильное, и это чувствовалось даже на подсознательном уровне. Впрочем... а что, если она уже заранее решила отбить у меня Володю, и поэтому так старалась убедить меня, что я не умею любить? Неужели я столкнулась с изощренным женским коварством? Неужели в этом мире повторяется все то же самое, что так удручало меня В ТОМ?