Книга Год 1976, Незаметный разворот, страница 35 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Хорошо, пан Серегин, так мы и будем делать, - немного подумав, ответил мой польский гость и вышел.

— Ну вот и все, товарищи Генеральные секретари, это дело сделано, - сказал я, когда шаги генерала Милевского затихли в конце коридора. - А сейчас я официально приглашаю товарища Сталина быть моим гостем в Тридесятом царстве, чтобы увидеть своими глазами и потрогать руками то, о чем ему прежде доводилось только читать в отчетах товарища Здорного.

Виссарионыч огладил усы и ответил:

— Я принимаю ваше предложение, товарищ Серегин. Говорят, что быть вашим гостем - это очень поучительное и познавательное занятие.

— А еще это полезно для здоровья, - добавил я. - Ну ладно, сейчас забираем товарища Громыко и отправляемся.

Восемьсот шестнадцатый день в мире Содома. Вечер. Заброшенный город в Высоком Лесу, Башня Силы

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский

В моем кабинете даже не совещание, а, скорее, круглый стол. С моей стороны, помимо меня самого, присутствуют два моих пажа-адъютанта, Дима-Колдун, неизменная Кобра, подполковник Седов, а также действующие замполиты танкового полка капитан Юрченко и старший лейтенант Антонов. Со стороны семьдесят шестого года - товарищи Брежнев, Громыко, Устинов и Чазов. Со стороны сорок первого года - товарищ Сталин. Я предложил пригласить Молотова с Шапошниковым, но лучший друг советских физкультурников ответил, что это преждевременно. На этом этапе он сам, как председатель Государственного Комитета Обороны, един во всех лицах.

Первым выступил Дима-Колдун - он коротко сообщил, что постоянные Врата, при наложении заклинания Мобилизации нечаянно проломленные нами из мира Иосифа Сталина в мир Леонида Брежнева, закрыть теперь никак не получится. Эти два верхних мира уже вступили между собой в контакт, срослись своими энергооболочками-ноосферами и превратились в тесную пару. Нет у нас, мол, под рукой такой мощности, чтобы разорвать связывающую их пуповину. Более того, временные порталы между этими двумя мирами не торопятся схлопываться при отключении энергетической накачки, а нуждаются в принудительном закрытии. Сейчас прогнозировать ничего нельзя, но при углублении процесса межмировой интеграции возможны самые неожиданные варианты...

— И что это для нас значит? - совершенно серьезно, как у взрослого, спросил у Колдуна Сталин.

Уж он-то своим Истинным Взглядом видел, что этот мальчик давно уже не только лишь мальчик, в то время как у младших членов делегации из семьдесят шестого года морды были кислые и скептические. Впрочем, сам Ильич Второй вел себя гораздо адекватнее своих приближенных: лица не кривил и слушал внимательно. Скорее всего, это сказалась школа товарища Бережного, в силу чего он понимал, что у нас, Старших братьев, все до предела серьезно.

— Ваши миры, товарищ Сталин, - ответил тем временем Колдун, - теперь существуют не сами по себе, а составляют тесную пару, похожую на систему сообщающихся сосудов. Нет у вас теперь отдельных своих и чужих проблем, радостей и печалей, а вместо того они все общие. Да и люди вы друг другу тоже не чужие. Это только в плохой семье случаются конфликты отцов и детей, а в хорошей семье сыновья горой стоят за отца, а отец за сыновей.

— И что, такой случай в вашей практике уникален? - спросил советский Вождь.