Онлайн книга «Год 1976, Незаметный разворот»
|
Однако это было не совсем безопасное занятие: осколки зенитных снарядов, разорвавшихся на девятикилометровой высоте, градом сыпались обратно на город, и при этом могли быть случайные жертвы. И действительно, многих берлинцев, толпами в ужасе мечущихся по улицам, падающее с неба железо нечаянно пришибло насмерть. А еще острые зазубренные осколки зенитных снарядов, усыпавшие берлинские улицы, в некотором обозримом будущем станут причиной множества проколов автомобильных шин. Мелочь, а приятно. Потом бесполезную стрельбу, ведущую только к напрасному расходу снарядов, было приказано прекратить, и с аэродрома Темпельсхоф в воздух поднялись истребители. Рассерженно жужжа, изделия фирмы Вилли Мессершмитта все же сумели подняться на заданную высоту - туда, где воздух так разрежен, что им уже невозможно дышать, и царит вечный лютый холод. Но что они там могли сделать своими четырьмя пулеметами винтовочного калибра против воздушного гиганта массой в три с половиной миллиона тонн, закованного в тяжелую многометровую броню? — Он огромен! - только и успел передать командир группы гаупман Дресслер, прежде чем его «Фридрих» натолкнулся на невидимую стену защитного поля и комом смятого металла полетел вниз прямо на берлинские крыши. Его подчиненные тут же отпрянули в стороны от опасного гиганта и принялись атаковать пришельца с разных ракурсов, но добились только того, что при выходе из атаки еще один истребитель зацепил защитное поле консолью крыла и, беспорядочно кувыркаясь, отправился вслед за машиной своего командира. Сам же небесный левиафан на эти судорожные действия жалких человечишек не обратил ровно никакого внимания. Это было даже хуже, чем уэллсовская «Война миров». Там «марсиане» хотя бы воспринимали местных всерьез, и каждый раз, когда их пытались атаковать, наносили уничтожающий ответный удар, а не относились к этим попыткам с пренебрежительным презрением. Расстреляв все патроны в бесполезных атаках, германские истребители вернулись на свой аэродром, где их уже ждал наци номер два Герман Геринг, разъяренный как бык на корриде. Он уже успел вставить фитиля зенитчикам, открывшим абсолютно бесполезную стрельбу, а теперь решил оторваться на пилотах авиакорпуса «Германия». Радиус разлета слюны из орущей пасти ничуть не уступал поражающим свойствам мелкой осколочной бомбы, а крик свой громкостью мог заглушить авиационный мотор. Если бы этому таинственному аппарату, не проявившему пока к Германии никакой враждебности, дали просто пролететь мимо, в этом было бы гораздо меньше позора и унижения, чем в данном случае, когда ПВО Берлина сделало все возможное, но не добилось ни малейшего успеха (два вдребезги разбитых самолета и с десяток берлинцев, угодивших в больницы и морги в результате попадания под стальной град осколков зенитных снарядов, при этом не в счет). Просравшись, Геринг сел в свой «Хорьх» и уехал восвояси. Теперь уже ему предстояло стоически вынести все, что скажет по поводу сегодняшнего происшествия Адольф Гитлер. А пилотов-неудачников, как и зенитчиков, скорее всего, теперь ждет отправка на Восточный фронт, где вермахт и люфтваффе за последние три недели понесли просто чудовищные потери. 24 июля 1941 года, 15:15 мск, Пуцкий залив, линкор планетарного подавления «Неумолимый», императорские апартаменты, зал для совещаний |