Книга Исцеление огнем, страница 142 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— И что потом, товарищ Серегин? - спросил капитан Зотов. - Ты дашь мне винтовку Мосина и пошлешь воевать в пехоту? Сказать честно, внутри себя я уже согласен даже на это, хотя всего час назад подобное было для меня немыслимым.

— Нет, - отрицательно покачал головой я, - я дам тебе «Каракурт» с бортовым номером два. Это такой тактический бомбардировщик галактической цивилизации пятого уровня, в пределах планеты имеющий неограниченный радиус действия и огневую мощь, равную полку ракетоносцев, снаряженных ядерными гиперзвуковыми ракетами. Помимо всего прочего, ты должен оказаться достаточно высокоранговым воином-магом - слабее, конечно, меня, но сильнее многих и многих. Кроме того, ты смог притянуть к себе траектории тех двух девиц, вывалившихся из своих реальностей независимо от тебя, а это говорит о наличии сильных лидерских качеств.

— Я - воин-маг? - удивился мой собеседник. - Да еще и сильный лидер, как ты говоришь? Даже вообразить такого никогда не мог, всегда считал себя самым обыкновенным человеком и прежде ни разу не рвался командовать и руководить.

— Да, это действительно так! - решительно ответил я. - Тот, кто в критической ситуации за счет внутренних ресурсов организма смог «катапультироваться» из своего мира в мир Подвалов, должен иметь немалый уровень магического таланта. Тут это, можно сказать, аксиома: иначе еще не было. И еще замечено, что профессию в жизни человек с особыми талантами выбирает в соответствии с направлением своего магического потенциала: человек с талантами воина-мага никогда не пойдет учиться в медицинский институт, и наоборот. И еще: по большей части настоящий лидер не командует и не руководит, а увлекает за собой личным примером. Делай как я: рычаги от себя и вперед, газ до упора. Не спорь со мной, потому что я в этом вопросе специалист, а ты нет. Так что не ерепенься, будущий колесничий Господа, мечущий во врагов термоядерные молнии, и прими свою участь как данность. Кому много дано, с того и спрашиваться будет по высшей мерке. А сейчас скажи, ты мне сейчас ничего не хочешь сказать?

— Я с самого начала хотел тебе что-то сказать, но по ходу разговора мое мнение на этот счет непрерывно менялось, - ответил капитан Зотов. - Сначала я хотел послать тебя к черту и потребовать, чтобы меня оставили в покое, так как лишних начальников, взявшихся на мою голову неизвестно откуда, мне не надо. Потом я был согласен уже на все, только чтобы этот разговор закончился как можно скорее, так как устал я от него до последней крайности. Ну а сейчас я вдруг почувствовал, что впервые в жизни попал туда, куда надо, что тут меня примут как своего, и не будут интриговать, злословить и бить в спину. И это последнее чувство такое сильное, что я прямо не знаю, куда от него деваться.

— Это Призыв, Андрей, - сурово сказал я, - и очень хорошо, что ты его слышишь. А сейчас повторяй за мной: «Я - это ты, а ты - это я, вместе мы сила, а по отдельности мы ничто, и я убью любого, кто скажет, что мы не равны друг другу».

И, едва мой собеседник договорил слова клятвы, за окнами со страшной силой шарахнул раскат грома...

И снова, по мнению Небесного Отца, мы все сделали правильно.

Я утер со лба непроизвольно выступивший пот и глянул на часы. Время идти обедать; прочие разговоры «на перспективу» от нас не убегут. Надо брать моего нового Верного и спускаться с ним в столовую. Место ему пока будет за моим командирским столом, а дальше поглядим...