Книга Исцеление огнем, страница 92 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Да, товарищ Серегин, невероятно, но факт... - после некоторой паузы задумчиво произнес мой гость. - Быть вашим врагом не пожелаешь никому. Подумать только, какое наказание для товарища Троцкого и прочих превратиться в чучело на выставке, которому каждый сможет похлопать по щеке или плюнуть в рожу. Кстати, и сколько они так могут простоять?

— Да хоть до скончания времен, - ответил я. - А теперь, товарищ Романов, когда вы немного освоились с Истинным Взглядом, нам пора заняться тем главным делом, ради которого вы сюда и прибыли. Моральные уроды на самом верху большевистской партии водились не только в восемнадцатом году. У вас их, пожалуй, будет даже побольше, и сами они гораздо опаснее. Садитесь за стол, вот сюда, и приступим.

Сказав это, я достал из воздуха колоду «портретов» самых отъявленных вражин. Связаться через них ни с кем было нельзя, но к каждому изображению Бригитта Бергман прикрепила слепок ауры выявленного и на сто процентов идентифицированного фигуранта - таким образом, человек, инициированный Истинным Взглядом, вполне способен опознать и моральный облик изображенного, и его жизненные цели и задачи.

— Что это, товарищ Серегин? - спросил Григорий Романов, непонимающе глядя на колоду.

— Это - портреты отрицательных фигурантов из вашего ЦК, - пояснил я. - К каждому из них прикреплен слепок ауры, почувствовать которую вы сможете, сосредоточив внимание на лице персонажа. Вот, к примеру, уже вычищенный из рядов (потому иначе было нельзя) бывший товарищ Андропов. Вглядитесь в него внимательно.

— Мерзавец, интриган и карьерист, - после некоторой паузы произнес мой гость. - Пока мы воевали, он умничал в тылу, а потом писал доносы на настоящих героев, чтобы получить местечко повыше и потеплее. Правильно вы его того... заморозили.

— А вот это - люди, в руководстве вашей партии вполне положительные, - прокомментировал я, выкладывая на стол портреты Леонида Ильича, маршала Гречко, Андрея Громыко и Дмитрия Устинова. - Посмотрите и сравните впечатления.

— Да, так и есть, - ответил Григорий Романов. - Чувствуется, что у каждого из этих людей имеются свои маленькие слабости, но в общем и целом это верные и надежные товарищи, настоящие борцы за дело социализма и счастье советского народа.

— Верно, - сказал я, выкладывая еще несколько «портретов». - А вот это люди, которых мы вместе с Леонидом Ильичом вычистили из Политбюро на заседании пятого января, когда вы сами из кандидата стали действительным членом. Между прочим, случилось это тоже благодаря Истинному Взгляду, которым я к тому моменту уже успел наделить товарища Брежнева. Любуйтесь.

— Это пустышка, - сказал председатель комиссии партийного контроля, откладывая в сторону портрет Суслова. - Бывший товарищ Гришин полностью переродился, Кириленко дурак и зазнайка, Косыгин, несмотря на некоторый ум, это довольно поверхностный человек, находящийся под влиянием своего окружения, а Подгорный, Полянский и Демичев - оппортунисты-еретики, пережитки эпохи волюнтаризма, вольно или невольно размывавшие идейный и экономический фундамент Советского Союза.

— Все правильно, - сказал я, раскладывая перед Григорием Романовым следующий пасьянс. - А теперь самое интересное. Эти люди еще ходят на свободе, и при этом представляют собой немалую опасность для дальнейшего существования Советского Союза. Вот это - первый секретарь Ставропольского крайкома КПСС, будущий секретарь ЦК по сельскому хозяйству и Генеральный секретарь партии, а также первый и последний президент Советского Союза, дурак и карьерист, всего за шесть лет разваливший пусть и не беспроблемную, но великую страну до состояния Российской империи в феврале семнадцатого года. В памяти потомков отложился как «Мишка Меченый» и «Горбач» - человек, который все просрал, но так ничего и не понял. А вот его главный оппонент и лютый враг -первый секретарь Свердловского обкома Борис Николаевич Ельцин, будущий первый президент РСФСР и Российской Федерации, образовавшейся после буржуазного переворота девяносто первого года...