Онлайн книга «Пятый подвиг Геракла»
|
— Ну что, давайте обживаться… — сказал Дмитрий Леонидович. — Андира, показывай, где тут у вас что… Семейство генерала Хорвата принялось обустраиваться. Половина дня прошла в хлопотах. Димитрий Леонидович ушёл по делам, а Камилла Альбертовна вместе с дочерями изучала своё новое жилище. Дом оказался весьма удачно спланированным. Такого большого особняка у них ещё никогда не было, и Камиллу Альбертовну радовало, что теперь она будет жить точно какая-то знатная графиня. Дом, конечно, следовало украсить, чтобы мрачная атмосфера окончательно ушла из него. Уж это она сможет! Вот теперь она в полной мере применит здесь свои таланты! Она уже прикидывала, что она переделает и перекрасит, куда повесит ковры и картины, куда установит кадки с домашними растениями… И тут вдруг она словно опомнилась: а где взять эти кадки и картины? Разве в этом мире есть живописцы? Разве тут выращивают домашние цветы? Впрочем, её оптимизм быстро вернулся к ней. Картины нарисует Анечка! Пусть она не маститый художник, но не зря же её хвалил учитель живописи! Тот чудесный пейзаж с луной, что висел у них в ТОМ доме, всегда нравился ей, да и гости хвалили эту картину… Пусть пишет ещё. Краски можно заказать из Тридесятого царства — там все есть. Ну и кадки с растениями тоже можно взять оттуда… Справа от огромной передней оказалась просторная гостиная зала. Её следовало обустраивать и украшать в первую очередь, ибо именно здесь их семейство будет собираться за общим столом и принимать гостей. «Поклею светлые обои, повешу бархатные портьеры с тюлем… — думала мать семейства, скользя взглядом по тёмным неприветливым стенам гостиной, — поменяю всю мебель, на рожки установлю изящные абажуры, поставлю комоды с изящными безделушками — и будет премило!» И тут её глаза выхватили угол в левой стороне залы. «Ах, как бы хорошо сюда встал рояль! — подумала она с тоской человека, не мыслящего своей жизни без музицирования. — Музыка! Она всегда помогала мне привести нервы в порядок. Как бы я хотела рояль! Но не знаю, прилично ли будет просить о том, чтобы мне доставили инструмент…» Она тяжко вздохнула, и с тех пор мысль о рояле так и продолжала присутствовать в её сознании. В это время Леня и Миша носились по всему дому, с мальчишеской любознательностью обследуя каждый уголок. Они были в восторге от этого огромного дома. Здесь столько всего интересного! Мрачные коридоры наполнились топотом ног, детскими голосами и веселым смехом, и, казалось, сам дом этот, видевший прежде лишь тоску и безнадежность, изумлен этими звуками, которых никогда прежде не слышал. И каким-то чудесным образом он преобразился и ожил. Уходило из него то тёмное и злое, что жило здесь больше века — оно улетало в распахнутые окна и растворялось в воздухе без следа. И удивленно качали головами в своей каморке чернокожие бывшие рабыни, и недоуменно переглядывались в своей комнатке на втором этаже четыре бывшие наложницы — и в сердце каждой из этих женщин расцветало что-то волнующее, отчего хотелось глубоко вдохнуть и рассмеяться. Это была радость. Но они не знали, что это такое, и потому лишь тихо сидели, прислушиваясь к себе, боясь потерять это несказанно приятное чувство. В это время Катя и Лукерья хлопотала на кухне. В кладовке был обнаружен приличный запас продуктов, и женщины воодушевленно стряпали, оживлённо обсуждая удивительные события, участниками которых они так неожиданно стали. Сорокалетняя кухарка Луша прошла оздоровление и омоложение в ванне, избавившись от ревматизма и почечной болезни, и теперь она была такая же румяная и цветущая, как двадцатилетняя горничная Катя, так что они казались сестрами. |