Книга Лекарство против застоя, страница 76 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Учти, Серегин, — прошептала мне на ухо энергооболочка, — кубинский менталитет сильно отличается даже от никарагуанского, не говоря уже о жителях Гондураса и Коста-Рики. Гондурас, как говорит ваша народная поговорка, лучше не чесать во избежание негативных последствий, ибо там правит бал либерально-консервативная двухпартийная система, а о справедливом устройстве общества местное население даже не задумывается. Что касается Коста-Рики, то тамошний народ (в основном потомки белых поселенцев) настолько травояден, что напугался единственной гражданской войны, которая шла целых сорок четыре дня, после чего там отменили армию и объявили вечный нейтралитет. А еще есть Колумбия, где насмерть режутся марксистские повстанцы, эскадроны смерти проамериканского правительства и боевики частных армий, принадлежащих наркобаронам. Кстати, в некоторых странах этого региона молодые люди, выражая социальный протест, идут не в партизаны, а в бандиты — мол, главари мафиозных кланов тоже против плохой власти. И какую кашу ты собираешься сварить с этими людьми? Нет уж, после выноса тела дяди Сэма дерьмо на бывшем американском заднем дворе должно сперва перекипеть, а потом перебродить и отстояться. Пока этот процесс не закончится, трогать Латинскую Америку руками, за исключением почти созревшей Никарагуа, совершенно не рекомендуется. Это я тебе советую как специалист, и твои социоинженеры, если что, повторят тебе то же самое. Бросай ты это безнадежное дело и переходи к водным процедурам, то есть к точечной ликвидации диктаторов и их подручных, а также вразумлению вождей повстанческих движений, чтобы не вели себя как бабуины в течке и не возбуждали к себе ненужной ненависти.

Ну вот, снова старая опытная энергооболочка радостно натыкала Божьего Бича в его… самонадеянность. Никогда, мол, такого не было, и вот опять. Действительно, после распада колониальной Испанской империи никакой политической или хотя бы культурной общности в Латинской Америке не возникло, а образовалось то, что обычно на местности именуется «лоскутным одеялом». В девятнадцатом веке еще имелись попытки межгосударственной интеграции то в одном, то в другом регионе, но всякий раз это заканчивалось распадом по прежним границам. Влияние Североамериканских Соединенных штатов с их алчным стремлением урвать то, что плохо лежит, в этом процессе тоже имело место, но не оно играло ведущую роль. Если бы народы чувствовали свою общность, они бы объединились в одно государство, невзирая ни на какое внешнее влияние.

И тут же галочка на мои нынешние и будущие советские и постсоветские дела. Там, где это еще возможно, формирование единой советской нации должно вестись ускоренными темпами, а все, кто станет оказывать этому делу сопротивление, должны быть без всяких колебаний оформлены по первой категории. В ином случае там, где крах Советского Союза уже произошел, к этому делу можно будет подступаться только после тщательного психосканирования местности и всесторонней оценки ситуации социоинженерами. Не исключено, что наилучшим образом действий в девяностых и нулевых годах будет эвакуация русскоязычного населения из республик Средней Азии и Кавказа и война на полное истребление против националистических элит Прибалтики и Украины.