Книга Неожиданные контакты, страница 111 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Да, — подтвердила Риоле Лан, — вы, хумансы, ужасные, кровожадные и непостижимые. Среди вас то и дело появляются гении, которые движут вперед ваше общество, а мы вот уже сто тысяч лет топчемся на месте, оставаясь точно такими же, какими нас создали Древние. Если вы в своих войнах без всякой пощады истребляете себе подобных, то что же станет с нами, когда вы сумеете вырваться в Галактику? И только знакомство с господином Серегиным изменило наше мнение обо всей вашей расе, потому что он не истребляет побежденных, а принимает их в состав своего Великого клана Империя. Когда он победил клан Хищные цветы, то не была убита ни одна эйджел, даже несмышленые, а потому бесполезные детеныши. Обычно они бывают исключительно заботой своих матерей, но в новом клане их отдали в специальное заведение для детенышей под названием школа, чтобы эти малые выросли полезными членами общества, а не космическими дикарями. Он говорит, что детеныши — это его будущее, и это крайне удивительно для хуманса, ведь в силу вашей малой продолжительности жизни вы обычно существуете одним днем.

— Вы напрасно удивляетесь, уважаемая Риоле Лан, — сдержанно улыбнулся товарищ Москвин, сразу ставший похожим на доброго дедушку, — в аналогичной ситуации мы поступили бы точно так же. Дети, вне зависимости от их национальной принадлежности, и в самом деле являются будущим страны, и на их образование и воспитание не стоит жалеть никаких усилий. Только скажите, почему молчит темная госпожа Тулан, быть может, ей что-то не нравится?

— А о чем тут говорить? — отрезала бывшая матрона клана Хищные Цветы. — Я признала свои ошибки, выучила новый код, и теперь служу Великому клану Империя. И вообще, мы, темные, не большие любительницы разговаривать разговоры. Если хотите этого занятия, идите к светлым, они с удовольствием будут заниматься с вами разговорами хоть целые циклы напролет.

— Мы, серые, — сказала Чена Фемо, — тоже не великие любительницы говорить, но я скажу…Раньше, до того как клан, которому я служила, был разгромлен обожаемым господином Серегиным, нас, серых, никогда не принимали ни в темные, ни в светлые кланы, а потому мы были живым имуществом и выполняли свои обязанности в ошейниках принуждения. Но господин Серегин сломал этот гадкий обычай, принял всех освобожденных серых в свой Великий клан Империя, а потому теперь он наш Спаситель. Там, куда он приходит, все униженные и оскорбленные получают свободу, а зло бывает наказано иногда насмерть, и иногда не очень. Господин Серегин никогда не убивает тех, кто не ведает, что творит мерзость, однако, если кто-то знает правильные установления, но делает все наоборот, он вбивает в прах так, что снаружи не видно даже ушей.

— Вы очень хорошо сказали, — заметил правитель Югороссии, — подобрали самые правильные слова в пользу договора, предложенного нам товарищем Серегиным. С теми, кто воспринимает других людей в качестве живого имущества, у нас и в самом деле не может быть не только никаких соглашений, но и обычного мира. В общем и целом я на него согласен, но не хотелось бы принимать скоропалительных решений, а еще у Югороссии есть обязательства перед Российской империей о том, что все наши внешнеполитические решения должны быть взаимно согласованы и увязаны. Кроме того, в вашем договоре ничего не сказано по поводу торговых связей между нашими государствами. Поэтому я направлю к вам специальным и полномочным послом товарища Синицына, чтобы он посмотрел на ваше общество изнутри, и немедленно извещу о начале переговоров государя-императора Николая Михайловича. Согласны вы, товарищ Серегин, на такой итог нашей первой встречи?