Онлайн книга «Альянс Нерушимый»
|
— А вот это, — сказала Риоле Лан, — чисто ваша русская особенность существования. Ни франконцам, ни их местным прототипам цель и смысл жизни просто не нужны. Им и без этих условностей может быть тепло, уютно, мягко и сыто, а хорошо и плохо — это для них достаточно условные понятия. Если франконец совершает преступление, обогащается, и его за это никто не наказывает, то это хорошо, а все остальное плохо. Вам такое удивительно, а там это норма жизни. Поэтому проникновение западного мироощущения в вашу внутреннюю жизнь, как правило, приводит к тяжелым общественным катаклизмам, вызванным отслоением образованных прозападных кругов общества от вашей основной народной массы. Кажется, ваши местные протосоциоинжеры называли такое состояние общества химерой, когда голова у организма от одного животного, а тело от другого. — Так! — удивился я. — А кто тут у нас, хумансов, такой умный, что может считаться протосоциоинженером? — Наверное, товарищ Риоле Лан имеет в виду Льва Гумилева, — ответил товарищ Тамбовцев. — На тысяча девятьсот восемьдесят пятый год этот человек работает в Научно-исследовательском географо-экономическом институте Ленинградского госуниверситета ведущим научным сотрудником и выпустил уже несколько интересных теорий формирования и эволюций человеческих сообществ. — И что же вы молчали ранее? — спросил я. — Такому человеку, если его теории, конечно, жизнеспособны, самое место в команде товарищей Лениных и Карла Маркса. Условия для работы, оздоровление и омоложение мы ему обеспечим. Только знакомиться с ним надо не через Гейдара Алиева, как с Виктором Цоем, а лично из рук в руки. Быть может, хоть он подскажет что-то умное там, где больше ни у кого нет никаких мыслей. Dixi! Я так решил! 17 июня 564 года, вечер, Великая Артания, левый берег Днепра, недалеко от Китеж-града разу за Перетопчим бродом, полевой лагерь танкового полка Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической империи Каждый раз, когда в Великой Артании наступает лето, я дислоцирую в окрестностях Китеж-града по несколько частей своей армии, дабы разные ушлые люди, в первую очередь тюркоты и византийцы видели, что архонт Серегин никуда не делся и созданное им государство по-прежнему находится под надежной защитой. И императрице Аграфене в Константинополе от этого становится спокойней, ибо вся Византийская империя знает, что если какой-нибудь чудак-полководец попытается ее свергнуть, то жить он будет крайне недолго, но очень неприятно. Помимо всего прочего этот мир обзавелся своей, правда, сильно усеченной, орбитальной сканирующей сетью. Он очень нетороплив, а потому всего четырех сателлитов вполне достаточно, для того чтобы отслеживать передвижения хоть отдельных отрядов, хоть целых армий и своевременно изображать реакцию. Примерно месяц назад до сотни тюркотских всадников пересекли реку Танаис, он же Дон, но сразу же повернули назад, потому что повстречались с моими злобными девочками на «Шершнях». Никого тогда не убило, но впечатлений у диких кочевников от этой встречи с летающей смертью было хоть отбавляй. Кто в наш огород залезет, тот сам себе злобный бабуин. К тому же Великая Артания это еще и место с неплохим курортным потенциалом, климат в эти времена мягкий, даже можно сказать жаркий, вода в Днепре кристально чистая, а влияние Даны еще и придает ей целебные свойства. Поэтому после завершения плановых занятий и работ на технике, весь личный состав на два часа перед ужином, когда спадает жара, выходит на речной берег для принятия водных процедур. И в то же время туда подходят две резервные (учебные) кавалеристские бригады, в одной комэском князь императорской крови Олег Константинович из четырнадцатого года, в другой служит папенька Льва Гумилева, Николай из года восемнадцатого. Солнце русской поэзии люди Дзержинского сдали мне с рук на руки исходя из принципа «как бы чего не вышло».В противном случае в силу своей политической малограмотности этот человек непременно впутался бы в какую-нибудь историю, и снова получилось бы нехорошо. |