Книга Год 1991-й. Вторая империя, страница 15 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

И ведь ни у кого ничего не екнуло в грудях по поводу того, что в любой момент может прилететь волшебник в голубом вертолете и пресечь эту вакханалию самым решительным образом, как будто не было никаких событий в Москве, Тбилиси, Таллине, Риге, Вильнюсе, Киеве и Кишиневе. А быть может, организаторы этой манифестации считали, что после событий января девяностого года они защищены от попыток силового вмешательства в свою деятельность? В таком случае это ярчайшее проявление наивности, ведь даже части советской армии уже не «соблюдают нейтралитет», а находятся в состоянии полной готовности выйти из казарм и включиться в операцию. И военный комендант Баку уже назначен. Это ни кто иной, как полковник Шаманов, командир 328-го гвардейского парашютно-десантного полка 104-й гвардейской воздушно-десантной дивизии, дислоцированной в Кировабаде-Гяндже. «Святогоры» под погрузку личного состава и техники уже поданы в пункт постоянной дислокации, так что ввести в дело этот полк можно будет сразу же, как только поступит команда.

И кстати, энергооблочка нарыла мне на скрижалях судьбы такую информацию, что в Основном Потоке этот полк по прямому приказу министра обороны Павла Грачева, а на самом деле Бориса Ельцина, летом девяносто второго года вместе с разными незаконными вооруженными формированиями участвовал в Карабахской войне на стороне Азербайджана. Однако эта вооруженная поддержка «классово близкого» президента Эльчибея была далеко не самым большим из всех творившихся тогда безобразий. Когда советские, то есть уже российские, десантники начали попадать в плен, Армения обратилась к Москве с официальным запросом, на каком основании в конфликте участвуют регулярные части российской армии. На это Грачев заявил, что дислоцированная в Азербайджане 4-я российская армия соблюдает строгий нейтралитет, а пленённые армянами солдаты и офицеры — это не российские военнослужащие, а наемники, с которыми армяне могут поступать по своему усмотрению. Тогда Совет самообороны непризнанной НКР принял решение расстреливать наемников, чьи права международными актами не защищены, в отличие от граждан Азербайджана, которые, являясь военнопленными, подлежат интернированию и обмену. К счастью, тут такие события еще не произошли, и уже никогда не произойдут, так что инкриминировать эту мерзкую подлость банде Бени Цина будет невозможно, однако на следующем этапе моей деятельности эта информация непременно пойдет в дело, и дорвавшиеся до власти мелкие политические проходимцы получат свой гнев Божьего Бича в полном объеме. Dixi! Да будет так!

Тем временем, закончив призывать на голову «президента-изменника» разнообразные кары, господин Эльчибей повел толпу на «штурм» президентского дворца. В первых рядах вместе с вождем живым щитом шли школьники и студенты, следом — вооруженные боевики, время от времени постреливающие в воздух от избытка чувств, и только за ними, вместе с остальными деятелями Народного фронта, движутся основные массы протестующих. Хорошо идут, весело, с песнями и криками про «злочинного президента» и «мы здесь власть». Никакого сопротивления этому маршу не предвидится: чиновничество вышесреднего уровня, в том числе и милицейское начальство, в отношении тряпки-президента пылает таким же гневом, как и самые ярые сторонники господина Эльчибея. Не дожидаясь лютого конца, господин Муталибов вместе с семьей заранее укрылся в штабе четвертой армии, так что теперь протестующим осталось только занять президентский дворец и усадить туда своего ставленника.