Книга Год 1991-й. Вторая империя, страница 29 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Из известных фигур моего прошлого рядом с Дудаевым нет никого. Хаттаб на момент моего пришествия воевал в Афганистане против законного правительства, и, скорее всего, уже никого не побеспокоит. Басаев участвовал в конфликте вокруг Нагорного Карабаха в составе азербайджанских незаконных вооруженных формирований, и при зачистке этого гнойника был уничтожен внезапным ударом вместе с четырьмя сотнями своих бандитов. Это местных азербайджанцев по просьбе Гейдара Алиева моя штурмовая пехота интернировала для дальнейших разбирательств, а вот всех отморозков, пришлых со стороны, прямо в бессознательном состоянии обезглавливали ударами клинкового оружия. Полковник Аслан Масхадов пока еще командует штабом ракетных войск и артиллерии Вильнюсского гарнизона, и в настоящий момент никуда оттуда не собирается. После событий, что произошли на одной шестой части суши за последний месяц, любой вменяемый человек хорошенько подумает, прежде чем вставать на сторону врагов Второй Империи. А Аслан Масхадов в свое время считался именно что вменяемым.

Кроме всего прочего, неожиданный эффект на чеченское население (как и на всех остальных) произвело публичное выворачивание наизнанку господина Хасбулатова. Это был лживый и продажный человек, с которым вполне можно было «договориться», но этого я делать не стал, вместо того отправив того в Джаханнам (то есть в ад) самым жестоким и эффектным образом. Нет у меня к таким ни снисхождения, ни даже обыкновенной пощады, зато к малым сим, случайно оказавшимся в неприятной ситуации, я гуманен и вполне милосерден. Например, из числа проэльчибеевских демонстрантов, за исключением самых отмороженных, в Баку по домам вернулись примерно девяносто пять процентов временно интернированного контингента. Вот радости-то было у родителей, когда их чада возникали на пороге целые и невредимые, и к тому же наполненные самыми сильными впечатлениями.

Чтобы разобраться со всеми вопросами до того, как начать что-то трогать на земле руками, я собрал у себя в переговорной комнате главу Второго Временного Правительства генерала Варенникова, бывшего советского руководителя Чечено-Ингушской АССР Доку Завгаева, оппозиционного Дудаеву чеченского политика Умара Автурханова и… того самого Аслана Масхадова. Поймет все правильно — будет ему счастье, в противном случае пусть пеняет только на себя. Хорошее предложение у меня бывает только одно, и если оно отвергнуто, то я превращаюсь в беспощадного Божьего Бича и лупцую ослушника до смерти.

Кстати, поскольку Доку Завгаев является депутатом Верховного Совета РСФСР, то вытягивать его пришлось из курортной изоляции на тропическом острове в Каменном веке. Провел этот человек там три недели без одного дня, и, судя по всему, этот отпуск в месте повышенной комфортности с доступными девушками, не знающими стыда, ему даже понравился, а благодаря установленному там генератору магии жизни, он посвежел и даже, кажется, помолодел.

— Итак, товарищи, — сказал я, — мы все здесь собрались потому, что с самодельной ичкерийской независимостью пора заканчивать самым решительным образом. При помощи вооруженной силы господин Дудаев власть у законных представителей народа забрал, поэтому я считаю себя вправе силой оружия турнуть его из президентского дворца как шелудивого пса.