Книга Год 1994-й. Крах Гегемона, страница 53 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

И вот еще что интересно — возможность открывать порталы в любой точке планеты мы получили, а вот аборигены даже не подозревают, что их мир уже покинул Основную Последовательность и зашкандыбал в неизвестном для них направлении. Просто тут никто не знает, как будет правильно, а как нет. Получается, что смерть Дмитрия Холодова была одним из ключевых моментов местной истории, а инверсия Павла Гусева закрепила сдвиг в правильную сторону. Теперь главное — не обосраться, переоценив свои возможности. Именно поэтому я решил завязать еще один узел, на этот раз политический, вокруг Владимира Жириновского. Других крупных самостоятельных политиков с патриотическим анамнезом в нынешней российской действительности просто нет.

В тот момент, когда я открыл портал, лицо Павла Гусева выражало ехидное торжество (мол, смотри, какой у меня крутой партнер), а вот обернувшийся Владимир Жириновский испытывал глубочайшее недоумение и когнитивный диссонанс, типа «да как такое может быть?». Истинным Взглядом переживаемые этими деятелями эмоции читались совершенно определенно.

— Добрый день, Павел Николаевич, — сказал я, кивком поприветствовав хозяина кабинета, и тут же добавил: — И вам, Владимир Вольфович, тоже приятного самочувствия. Прошу вас не пугаться и не щипать себя за руку — все происходящее вам не кажется.

Жирик внутренне успокоился, смерил меня взглядом с головы до ног и ответил:

— Ну что же, господин Серегин, будем знакомы. Скажите, это правда, что вы можете наколдовать себе любое количество золота?

— Фи, Павел Николаевич, — укоризненно сказал я, — нельзя же так вводить в заблуждение совершенно несведущего человека.

— Это не я, это господин Жириновский сам себе придумал, когда я сказал, что вы способны предоставить фактически неограниченное финансирование в золотых слитках, были бы под него соответствующие цели и задачи, — отнекался господин Гусев.

— Могу и в монетах, например, в николаевских червонцах, только, кажется, царские монеты в товарных количествах вызовут у банкиров куда большее подозрение, чем немаркированные слитки, — прокомментировал я. — И еще: истинная трансмутация, хоть в физике, хоть в магии — процесс настолько энергозатратный, что заниматься им стоит только в лабораторных целях, и отнюдь не с золотом. Звонкий металл у меня добывает машина галактической цивилизации пятого уровня, просеивая лунный грунт и отбирая из плазменного выхлопа нужные химические элементы. Обычно таким образом моя инженерная служба добывает редкоземельные материалы и… золото, необходимое для финансирования моих операций, в том числе приобретения на свободном рынке всего того, что там можно приобрести вместо добычи этих материалов на Луне. Впрочем, с господином Жириновским я собирался говорить не об этом.

— Да⁈ — сделал удивленный вид Жириновский, и тут же спросил: — Тогда о чем же?

— А это вы узнаете, если решитесь повторить удивительный квест Павла Николаевича — посетить мою самую ценную движимость, то есть галактический линкор планетарного подавления, и там, в самых недрах моих императорских апартаментов, поговорить о том, что волнует и вас, и меня.

К чести Жириновского, думал он недолго.

— А, ладно, — сказал лидер ЛДПР. — Всю жизнь мечтал увидеть в реальности Звездные войны и настоящего императора Галактики. Только на него вы не очень-то и похожи…