Книга Год 1994-й. Крах Гегемона, страница 57 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— А вы уверены, что он будет, этот самый консенсус? — проворчал мой собеседник. — А то сейчас у нас такой бардак, что сколько людей, столько и мнений.

— На самом деле в умах такой консенсус у вас существует уже сейчас — вот, любуйтесь, — сказал я, подвешивая над столом голографическое изображение результатов глобального психосканирования. — Процентов семьдесят населения ждут второго пришествия Вождя и Учителя, имя которого они впишут в свои сердца. Этот человек в вашей действительности присутствует, и его имя мне известно, только оно пока ничего не говорит гражданам вашей России. Поэтому в политическом поле имеет место какофония мнений, явка на выборах, бывает, не достигает и двадцати пяти процентов, а в моем личном прошлом в девяносто шестом году господина Ельцина на президентскую должность натягивали в два тура, как сову на глобус. Больше в истории новой России такого безобразия, как миноритарный президент меньшинства, не сумевший вчистую выиграть первый тур, не было никогда. Вы на эту роль в силу некоторых особенностей происхождения и сценического амплуа не годитесь категорически, но почему бы вам с этим человеком не составить тандем из лидера нации, занимающего президентскую должность и харизматичного лидера парламентского большинства, одновременно главы законодательной власти? Обычно в соправители России набивались премьер-министры — люди глубоко вторичные и, как правило, являющиеся ставленниками скороспелой крупной буржуазии. Положительные персонажи на этой должности всплывали редко и очень ненадолго*. Поэтому должность это чисто техническая, и ставить на нее надо хороших хозяйственников и организаторов, а не безответственных политиканов и жуликоватых бизнесменов.

Примечание авторов:* о Михаиле Мишустине, хорошем премьере, который надолго, Серегин пока не подозревает.

— Господин Черномырдин у нас как раз считается хорошим хозяйственником, — усмехнулся господин Жириновский.

— Вот именно, что считается, — парировал я. — Газпром создавал не он, не он бурил скважины и прокладывал газопроводы. Этот человек пришел на готовое, после того, как все было сделано и отлажено, а сам не ударил и палец о палец. Залить в таких условиях Европу дешевым русским газом по демпинговым ценам, между прочим, за счет народа России — это никакая не заслуга, а самое настоящее государственное преступление. В не таком уж и далеком будущем этот человек раскрутит пирамиду государственных краткосрочных обязательств, которая неизбежно рухнет и погребет под собой остатки экономики России. Между прочим, в моем собственном прошлом тот дефолт был крупнейшей национальной катастрофой с момента распада Советского Союза. Финансовые пирамиды, в отличие от египетских, всегда рушатся, и любой хороший хозяйственник должен это понимать.

— Да, — сказал мой собеседник, — век живи, век учись. Думали, что это приличный человек, а он оказался полным подонком. По всему прочему могу сказать, что поговорили мы с вами очень интересно. Никогда не думал, что однажды меня тоже возведут на высокую гору и покажут царства земные и небесные. И ведь отказываться от вашего предложения никак нельзя… Во-первых, вы все равно сделаете по-своему, а во-вторых, я сам всю оставшуюся жизнь буду считать себя дураком. Силища в ваших руках неимоверная, и любого, кто воспротивится вашим устремлениям, вы скрутите в бараний рог и швырнете во тьму внешнюю. И ничего потом не останется как прежде. И в тоже время ваши политические принципы мне: нравятся: все четко, ясно и безО всякой примеси идейного бреда, на который горазды как товарищи марксисты, так и господа либералы-рыночники. Кстати, откройте тайну — почему именно Империя, а не республика и не федерация?