Книга Год 1995-й. Русский Ренессанс, страница 62 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Уяснив, насколько все серьезно, господин Мешков схватился за телефон (на тот момент самый обычный, с диском) и принялся обзванивать депутатов Верховного Совета, созывая их на экстренное заседание. А там состав что надо: шестьдесят депутатов из девяноста пяти относятся к различным пророссийским партиям и движениям (преимущественно к избирательному блоку «Россия»), шестнадцать беспартийные, четырнадцать — представители Меджлиса крымско-татарского народа, три депутата — от так называемой партии экономического возрождения Крыма, и два — от карликовой крымской компартии.

При этом энергооболочка, хмыкнув, сообщила, что партия экономического возрождения Крыма — это политическое крыло организованной преступной группировки «Сейлем». Как и в любом курортном месте, густо намазанном деньгами, криминал в Крыму буквально кишит. Впрочем, в России картина аналогичная. Непуганые «девяностые», ептить, в разгаре.

А вот этого, в смысле криминала, нам в собственной зоне ответственности не надо, без различия, российская это организованная уголовщина или украинская. И, опять же, как в случае с оккупацией Америки, от которой я благополучно отвертелся, егеря и штурмовая пехота для борьбы с этим явлением подходят плохо, и даже Служба Безопасности немного не про то…

«Плюнь, Серегин, — шепнула энергооболочка, — к организованной преступности следует подходить с теми же мерками, что и к вражеской разведывательно-диверсионной сети в военное время. Излишний гуманизм тут неуместен, на то эта преступность и организованная. И егеря твои тут будут как раз к месту, как и Служба Безопасности. Обнаружить, точно локализовать и уничтожить, стараясь не задевать непричастных и невиновных. Правило о безусловном уничтожении тех, кто взял в руки оружие, чтобы убивать своих соседей, должно быть распространено также на главарей и боевку организованного криминала. Разные директора фирм, магазинов и рынков, чье участие в деятельности преступных группировок ограничивается экономическими вопросами — это совсем другое. Тут надо брать каждого руками и смотреть, что с этим человеком делать дальше. Быть может, его следует оставить в покое, ибо сотрудничество с криминалом было вынужденным, а может, определить какую-то епитимью у тебя в Метрополии или в Каменном веке. И не забывай про членов семей убиенных твоими головорезами бандитов. Всех их следует изымать и помещать на перевоспитание, а то может получиться нехорошо. У местных донов Карлеоне в ходу обычай убивать конкурентов-оппонентов, невзирая на побочные жертвы. А это неправильно, ведь ты ответственен и за тех, кого победил. И вообще, этот Крым, в числе прочего, дан тебя для повышения квалификации в том роде деятельности, которого прежде ты всеми силами старался избегать. То ли еще будет в следующих мирах, да и в этом ты Россию „девяностых“ еще даже не надкусил. Владимир Жириновский, Сергей Шойгу и Павел Гусев в деле очистки страны от организованной и обычной уголовщины тебе не помощники. И для Бригитты Бергман с герром Шмидтом эта работа как бы немного не по профилю».

«Ты сама себе противоречишь, — возразил я. — То сообщаешь, что Служба Безопасности будет как раз к месту, то говоришь, что эта работа ей немного не по профилю».

«Это такая диалектика, Серегин, — хмыкнула энергооболочка. — На первый случай ты Службу Безопасности в этом деле использовать можешь, особенно герра Шмидта, у которого имеется какой-никакой опыт борьбы с организованной тевтонбургской преступностью, ну а потом тебе предстоит организовывать отдельную криминальную полицию, которая была бы правомочна и в Метрополии, и на выезде».