Книга Хочу замуж!, страница 43 – Ашира Хаан

— Я правда не планировала тебя скрывать.

— Неосознанный жест… То есть, осознанно будет как-то по-другому? — Виктор поставил бокал с ромом на стол, неожиданно стремительно наклонился, ухватил мой стул за железные ножки и с диким скрежетом придвинул его вплотную к своему.

— Если я тебя сейчас засосу перед всеми? — он резко надвинулся на меня, собираясь воплотить свою угрозу. — Осознанно будет или нет?

Я так же резко откинулась назад, даже не успев сообразить, что делаю.

Кажется, испугалась, что он завалит меня прямо на палубе.

Стул качнулся, чуть не опрокинувшись, и Виктору пришлось ухватить его за край, чтобы удержать меня.

Он тихо рассмеялся, глядя на обескураженное выражение моего лица.

— Видишь… — сказал он горько, вновь расслабленно откидываясь на спинку и доливая ром до краев бокала.

— Ты из-за этого пьешь? — удивилась я. — Из-за меня?

— Пью? — он поднял бокал, слегка расплескав ром и слизнул капли с тыльной стороны руки, не выпуская его. — Нет, не из-за этого. Просто… Кострома.

— Что с Костромой? — заинтересовалась я.

— Устал немного. Работа. Звонили. Проблемы.

Он словно не услышал мой вопрос, продолжая перечислять причины, мало связанные друг с другом.

— Из-за работы пьешь? — попыталась ухватить я его мысль за хвост. — Что там стряслось?

— Нет, пью не поэтому… захотелось. Нельзя? — поднял он брови. — Накатили тут воспоминания… об одном человеке.

— Плохие?

— Когда-то… да. Сейчас — уже нет.

Диалог рассыпался на глазах, мы словно говорили о разном, и Виктор каждой своей фразой уводил меня все дальше и дальше от понимания. Лишь задумчиво смотрел на желтоватую жидкость в своем бокале. Внимательно и долго.

— Настя, Настя… — он снова сделал несколько глотков чистого рома. — Снова ты мне напомнила про Серегу и жену его.

— Чем?! — изумилась я.

Насколько я помнила, та Настя его Сереге изменила.

А я и с ним-то не планировала трахаться, не то что искать кого-то еще, чтобы изменить!

— Да ничем, все, забей! — рыкнул Виктор почти зло и грохнул бокалом об стол.

Я подавила в себе порыв оглядеться, чтобы понять, сколько пассажиров уже наблюдают за нашим зажигательным сериалом. Но удержалась. А то кто-то снова решит, что я его скрываю.

— Ты сегодня совсем другой, — я обняла губами трубочку в своем ледяном лимонаде, пряча выражение лица.

— Я знаю.

Снова бульканье рома, льющегося в бокал, снова громкие глотки и удар донышком о стол.

— Вчера ты мне нравился больше.

Я рискнула поднять на него взгляд.

Виктор смотрел на меня в упор. Дикими, животными глазами.

Пьяными. Очень.

Вот и его норма. Он ее достиг.

— Это тоже я. Принимай и это тоже. Если тебе нравится остальное.

— Знаешь… — я решительно отставила стакан с недопитым лимонадом. — Я пойду, пожалуй.

Поднялась — но уйти не успела.

— Пойдешь, — заявил Виктор, воздвигаясь всеми своими двумя метрами надо мной и обхватывая железными пальцами мое запястье. — Со мной.

Другой рукой он подхватил за горлышко недопитую бутылку рома и потащил нас обеих за собой к ближайшему трапу.

Она такая мягкая.

Податливая. Даже тонкое запястье под пальцами, в котором прощупываются хрупкие косточки, все равно мягкое.

Она следует за мной безропотно. И от этого гремящая в ушах ярость оплывает как воск на огне и перерождается в щемящую нежность.