Книга Тайная невеста принца Хаоса, страница 82 – Ашира Хаан

Мы просто шли и шли вперед, пока я не начала подозревать, что мой худший кошмар — скука. Вот это реально способно меня убить, а не какие-то Хранители Бездны. Может ли Хранитель превратиться в бесконечную скучную дорогу в тишине? Или он принимает только очень конкретные формы монстров?

Монстры нас бы развлекли…

И Кхаран не спешит занимать меня светской беседой. Идет и идет вперед, как заведенный. Молчит. А из-за спины начинать разговор неловко — не забегать же вперед, чтобы невзначай упомянуть темно-серый пейзаж вокруг и спросить что-нибудь интересное. Например, как у него сейчас отношения с бесконечностью и правда ли, что Хаос не имеет пределов?

— Я подозревал, что жительнице пустого мира будет легко на этом испытании, — вдруг сказал Кхаран и остановился. Обернулся ко мне.

— Потому что ваши монстры не умеют изображать наши страхи? — предположила я.

— Потому что вы иначе устроены. Чуть… проще, полагаю. Пустыми миры назвали не только из-за магии. Точнее, это следствие — в твоем мире намного меньше самой его сути. Начинки пирога. Сплошное тесто. И страхи такие же — пресные, сухие.

Что-то мне прямо обидно стало за свою родину, хоть я и сама признавала, что в Хаосе интереснее. И за себя тоже. То есть, я пустая? Пресная? Без начинки?

Кхаран прислушался к чему-то. Татуировки на его теле зазмеились, беспокойно запульсировали.

— Что такое? — забеспокоилась я. Сердце зачастило — ура, приключения!

— Я должен идти, отец призывает на переговоры, — сказал он, протягивая мне на ладони огонек. — Вот, держи. Ты отлично справляешься, половина времени уже позади, вряд ли дальше будет страшнее.

— Ты меня бросаешь?!

— Не говори глупости, — поморщился Кхаран. — Просто я верю в то, что ты сумеешь пройти это испытание и без меня. А вот переговоры с ящерами могут и провалиться, отец стал совсем слаб, а Рраш недостаточно подготовлен.

— Но… — мне было нечего возразить. Я же сама думала о том, что политика важнее.

Кхаран положил ладонь на центральную татуировку на груди — свернувшуюся спираль. Она засияла; свет начал расползаться по остальным татуировкам, а потом они разом вспыхнули, и мой демон исчез.

Отлично, я снова одна.

Огонек в ладони мерцал — пламя плясало, как от ветра, хотя был полный штиль, но гаснуть вроде не собиралось.

Хоть бы сказал, что дальше делать. Просто идти вперед?

Это я могу.

Как говорил один мудрый человек: «Если вы идете сквозь ад, главное — продолжайте идти». В том смысле, что однажды он закончится, и если не останавливаться — выйдешь быстрее.

Поэтому я пошла.

На самом деле, в ситуации есть свои плюсы. Например, теперь меня ждут только мои собственные кошмары.

А чего я боюсь?

В детстве боялась темноты, потому что думала, что там живут чудовища. Мама водила меня ночью в туалет, и зеленые светящиеся цифры электронного будильника на кухне отражались в окне, так что казалось, что оттуда, из заоконной темноты, смотрит огромный волк. И ждет, пока мама на секундочку оставит меня одну в коридоре.

Когда выросла, поняла, что гораздо страшнее то, что чудовищ не существует. Что чудес не бывает, даже страшных.

Всю юность я мечтала встретить монстра под кроватью или привидение в темном лесу. Это означало бы, что мир намного интереснее, чем я о нем думала.