Книга Рождество в Лондоне, Новый Год в Москве, страница 9 – Ашира Хаан

Я принюхалась к новому сорту виски.

— Ирландский, односолодовый, четырнадцать лет. Тоже фрукты и специи, – сообщил Петров с гораздо меньшим энтузиазмом. – Давай, мне интересно.

Я уже давно отложила свой кусочек камамбера. Подальше. Он, правда, и там продолжал пахнуть, но алкоголь у меня быстро отбивал обоняние, так что я надеялась скоро справиться с этой проблемой.

Сделала щедрый глоток и как большая покатала во рту светло-янтарную жидкость. Это тоже был огонь, но не такой нежный и уютный. Он был резче, ярче, требовательнее. Не успокаивал, а зажигал. Ах, ирландцы.

— Ну как?

— По-другому… – задумчиво ответила я.

— По-другому плохо или по-другому хорошо? – требовательно спросил Петров.

— Не решила, – призналась.

— Ла-а-а-адно, – протянул Колька. – Тогда третий!

Он достал следующий бокал. Вокруг нас начинало скапливаться слишком много пустой посуды. Это почему-то меня рассмешило. Так, широко улыбаясь, явно захмелевшая, я и взяла из рук Петрова бокал, но почему-то зависла на середине процесса, коснувшись его руки. Забыла кто кому должен отдавать виски и в самом деле тормозила.

Но выглядело это двусмысленно. Тот самый момент, когда пробивает молнией от прикосновения пальцев, ага.

Видимо, Алекс эту сцену так и увидел, потому что угрожающе откашлялся.

— Милая Кейт! – воскликнул он. – Давайте же, выпей, мне интересно твое мнение!

Но в серых глазах мне почудилась сверкнувшая угроза. Я быстро отдернула руку, то же самое сделал Петров и бокал с виски покатился по ковру, разливая содержимое.

— Ой, прости! – я подобрала ноги с сожалением смотрела, как впитывается остро пахнущая жидкость в светлый ковер. Пятно будет.

— Ничего, сейчас, – Петров будто не заметил ничего, подхватил бокал и налил заново. – Алекс, тебе того же?

— Мне можно водки, – мрачно сказал Алекс.

— Не порть нам веселье, – отрезал Петров достаточно жестко. Впервые с момента встречи я увидела в нем человека, который реально мог построить свой бизнес в Лондоне после Амурска, а не просто влиться в семью и получить этот дом и дорогую машину и место в компании в качестве свадебного подарка. И как ни странно, именно сейчас я наконец по-настоящему узнала своего мрачного одноклассника с общего фото – и заботливого мальчишку моего детства. Не зря говорят значит, что суровость – у русских истинная суть. В ней есть то, что делает нас – нами.

Ну и кроме того, я уже была пьяна достаточно, чтобы испытать нежную ностальгию.

Но следующий бокал тоже взяла.

— Это торфяной виски, он совсем другой. Хотя моя жена считает именно этот сорт очень женским, – прокомментировал снова улыбающийся Петров.

А я осторожно принюхалась. Торфяной?

Он действительно пах землей и прелыми листьями. Так пахнет торф? Это должно быть прикольно?

Я отпила глоток…

— Суровая у тебя жена, – сообщила я Петрову, когда откашлялась. Это была конечно не сивуха из нашего круглосуточного, но на мой вкус как-то чересчур сурово. Для пресыщенных ценителей. Я, пожалуй, вернусь к более мягким вариантам.

— Ну что, Кейт, как тебе нравится в Лондоне? – внезапно решил сменить тему Алекс. И уставился на меня очень трезвым взглядом. И не скажешь, что уже выпил несколько бокалов.

— Безумно нравится! – легко отвлеклась я. – Я уже была в Гайд-Парке, покаталась на колесе обозрения и сходила на экскурсию про тайны Лондона. Вот шла к Вестминстеру, когда Петров появился ниоткуда!