Книга После него, страница 31 – Ашира Хаан

Слава богу, хоть кофе было всего три стандартных разновидности, так что я решила позавтракать именно им. Ну и половинкой грейпфрута.

Устроившись в одиночестве за нашим столом, я положила рядом с собой телефон и тут же покосилась на него — блики утреннего неба отразились от экрана и мне показалось, что он включился.

Нет, ни одного нового сообщения. Только одно старое от Максима.

«Что у тебя там происходит? Что ты натворила в самолете?»

Я даже не стала открывать это сообщение, прочитала с экрана блокировки. Пусть думает, что я сплю. Очень уж не хотелось портить такой дивный вечер.

Хотя он все равно уже был испорчен. Я так и легла спать, не придумав, что ответить бывшему мужу на странную претензию. Но с утра идей так и не появилось.

В дверях ресторана появилась Ксюша — при полном параде, в короткой джинсовой юбке и топике, открывающем животик. Приспустив с носа солнечные очки, она подмигнула официанту, который тут же споткнулся и рассыпал целый поднос с сосисками.

Довольная собой, она гордо прошествовала мимо пунцового парня, собирающего сосиски с пол и приземлилась на свое место.

— Доброе утро! Как спалось? Я уже выпила кофе и встретила рассвет на палубе — обалдеть, как красиво!

— Доброе… — вяло отозвалась я. Ох уж эти жаворонки.

Но почему-то именно в этот момент я решилась и взяла в руки телефон.

«Тимур что-то тебе рассказал?» — задала я Максиму прямой вопрос, устав от предположений.

— Мальчик, мальчик, подойди, пожалуйста! — Ксюша замахала все тому же официанту, который в ужасе стал оглядываться, надеясь, что это не ему. — Мальчик, принеси овсянки мне, пожалуйста! Только без соли и сахара. И добавь в нее банан!

Официант снова покраснел, но быстро кивнул и скрылся в кухне.

— Овсянка — это очень полезно, — назидательно сказала она мне. — Обволакивает желудок и помогает от гастрита. А бананы — прекрасный источник триптофана.

— Как интересно… — вежливо заметила я и придвинула свой грейпфрут поближе. К счастью, тут нашлась даже ложечка с острым краем, которой можно было добывать мякоть.

Не прошло и пяти минут, как официант уже несся к нашему столику с мисочкой овсянки в руках. Он так трогательно оберегал ее от пассажиров, чуть было не столкнувшихся с ним, что я просто умилялась.

Он поставил овсянку перед Ксюшей и, когда та поблагодарила его, положив руку на локоть, снова залился краской. И сбежал. Но — оглядываясь на каждом шагу.

— Ой, люблю молоденьких! — засмеялась Ксюша, когда он наконец скрылся из виду. — Они такие старательные!

— Да ты и сама не старая, вроде.

— Я-то нет, но меня просто обожают всякие стариканы! — она сморщила маленький носик с розовым пятнышком блестящих румян на кончике. — А деньги именно у них! За таких вот мальчиков приходится самой платить.

— Ну у тебя же есть деньги, — отколупывая кусочки грейпфрута, заметила я. — Можешь себе позволить.

— Наивная ты… — усмехнулась она вдруг как-то очень цинично, словно только что не изображала нежную принцессу.

«Агата! Расскажи, что натворила!» — мой телефон даже завибрировал как-то особенно агрессивно, когда пришло сообщение от Максима.

Ксюша, увидев, как я изменилась в лице, уже хотела что-то спросить, но тут к нашему столику причалила Сильвия.

Меха на завтрак она надевать не стала, зато мочки ушей оттягивали длинные, почти до плеч, серьги, а на шее было в несколько рядов намотаны жемчужные бусы.