Книга Идеальный хищник, страница 48 – Ашира Хаан

«Lady in Red» погружала меня в ту самую школьную атмосферу.

Слишком много света — в актовом зале оставляли гореть подсветку вполнакала, чтобы школьники не позволяли себе лишнего. Здесь, на набережной, горели оранжевые фонари, от которых было не скрыться в темноте ночи.

Неловкие перетаптывания на месте — кто придумал эти «медляки»? Фигурные танцы прошлых столетий волновали гораздо сильнее. А здесь вы просто держитесь друг за друга, стараясь не соприкасаться слишком сильно.

И все же… При всем этом я ловила захватывающее дух ощущение школьного романа.

Еще не влюбленности в человека, а предчувствия ее.

Когда что-то грядет, вот-вот: уже подрагивает под ногами земля от рвущейся на свободу лавы, уже набирают силу соки деревьев, чтобы выстрелить первыми свежими салатовыми листочками, уже как-то по-особенному смотришь на того, кого обнимаешь за плечи и чувствуешь его руки на своей талии.

И нисколько этому нежному ощущению не мешало то, что между нами с Филиппом уже все было. Взрослое, развратное, физиологичное до судорог, немного извращенное и местами жесткое.

Вроде бы не от чего так трепетать — если все было!

А все равно — ночной ветер с реки под Криса де Бурга рождает в груди чуть ниже ключиц, где прячется огонек души, щемящее острое чувство.

И мужские руки касаются талии так осторожно, что даже странно вспоминать, как они были внутри меня. И мужские твердые бедра на «пионерском» расстоянии, не касаются моих — хотя еще недавно ударялись о них так жестко и горячо.

И зудят губы от предчувствия поцелуя — как в первый раз.

От кончиков моих пальцев, касающихся затылка Филиппа, проскакивают искры, и он едва заметно вздрагивает.

Песня закончилась и что-то начал болтать по радио диджей, а мы так и продолжали покачиваться в такт внутреннему ритму, постепенно замедляясь. Потом замерли оба и чуть отстранились, чтобы встретиться взглядами.

Будь между нами нечто иное, что-то, кроме сделки и секса без обязательств, мы бы сейчас поцеловались.

Возможно — впервые.

Возможно — с этого момента наша история любви набирала бы ход, с безумной скоростью летя вниз, словно с горы на санках.

Вниз. С горы.

Я поняла, чем мне не понравилась эта метафора.

Рано или поздно полет на санках заканчивается. В ближайшем сугробе или где-то на равнине, когда инерция кончается.

Наша история была о чем-то другом.

Я пока не могла понять, о чем.

Поэтому поцелуй так и не случился.

Мы синхронно сделали шаг назад, размыкая объятия.

Завадич молча кивнул, и я вернулась на пассажирское сиденье.

Сквозь строй моргающих желтым светофоров он отвез меня домой, набирая бешеную скорость на пустых улицах Москвы.

Ожидая лифта, я слышала, как удаляется бархатный рев «Бентли».

А потом Филипп Завадич… исчез.

Не то чтобы совсем исчез — никто не заявлял о том, что его похитили инопланетяне или террористы, но я больше не получала от него сообщений.

Приглашений на свидания.

Напоминаний о нашей сделке.

И уж, конечно, никаких милых СМС-ок «С добрым утром, солнышко» и «Спокойной ночи, принцесса», к которым привыкла в любых более-менее близких отношениях.

Конечно, ведь он заранее расплатился со мной за отсутствие знаков внимания. Моя мечта цвета шампанского так и стояла у дома на парковке. Уже без банта и шарика, но все такая же сияющая. А ключи к ней лежали у меня в прихожей на столике.