Книга Идеальный хищник, страница 9 – Ашира Хаан

«Майбах» тронулся с места, выруливая на один из бульваров. За окнами замелькала ночная Москва. Я не очень люблю город, в котором родилась, но временами готова с ним мириться.

Например, вот в такие вечера, когда в приоткрытые окна машины врывается ветер с запахом цветущих вишен и черемухи, а густая ночь разбавлена разноцветьем огней.

Время от времени приходилось тормозить на светофорах, и тогда хаос полос и вспышек света замедлялся и оборачивался то рощей цветущих розовыми лампочками деревьев, то накрытой сияющей сетью огней площадью с музыкальным фонтаном, то изгибом черной реки, в которой утонули золотые фонари.

Мы то сворачивали на узкие старые улочки, где из баров доносились обрывки будущих летних хитов, а у их дверей курили продрогшие девчонки. То вырывались на магистраль и разгонялись до свиста.

Ой!

Я настолько увлеклась ночным городом, что не обратила внимания, на то, что водитель не спросил адрес! Куда меня подвозят-то?

Да и вообще забыла, что рядом сидел Филипп.

В полутьме салона мне почудилась улыбка на его губах, но когда я повернулась, она исчезла, будто и не было. Он успел налить себе в бокал виски и вертел его в пальцах, наблюдая за мной.

— Куда мы едем? — спросила я, делая вид, что всегда задаю такие вопросы после пятнадцати минут поездки.

— Я подвожу тебя домой, — Филипп отсалютовал мне, едва-едва приподняв бокал. — Как обещал.

— Но я же не сказала адрес!

— Поэтому мы пока просто катаемся.

Он тоже вел себя так, будто подобное с ним случается регулярно.

Я решила лица не терять и тут же предъявила:

— Филипп, а когда мы с вами успели перейти на «ты»?

— Ты против? — спокойно спросил он, глядя поверх моего плеча в окно. — О, любишь старые машины? Вот здесь можно свернуть на Хлебозавод, там можно посмотреть на ретро-«волги». Вечерами у них тут тусовка. Скоро открытие сезона, а пока проходят детейл-кэмпы, блошиный рынок тюнинг-партов и стоянки stance-проектов рядом с газгольдером.

Мда.

Вот и как признаться, что из всего сказанного я поняла примерно десять процентов? Блошиный рынок — чего? газгольдер — где? открытие сезона — а?

Показывая мне поворот, за которым и начнутся все эти диковинные чудеса, Филипп придвинулся пугающе близко, и на миг аромат его парфюма перебил густой запах кофе и горелой резины, которым были окутаны окрестности.

— Стенс-проекты — это что? — вычленила я самое непонятное.

— Заниженные тачки для дрифта.

Не то чтобы мне стало сильно яснее…

— А ты, значит, днем ты серьезный человек и продаешь элитные автомобили, а ночами ходишь на… — я махнула рукой в сторону улицы. — Стенс-кэмпы?

— Почти. — Филипп даже и не думал возвращаться на безопасное расстояние. Он уперся ладонью в спинку сиденья и устроился вполоборота ко мне. — У меня все серьезно и все — для души. И не только элитные автомобили и дрифт.

— А что еще? — попалась я на крючок.

Любопытство — моя главная слабость. И еще желание разгадать этого мужчину.

Пока он походил на горку деталек пазла из разных комплектов, но пока мне было интересно.

— Много чего, — хмыкнул он.

— Очень конкретный ответ! — фыркнула я.

— Ты тоже была не слишком откровенна насчет своей работы.

— Ничего там интересного нет!

— Вот и у меня нет… — он сделал глоток виски, и я почувствовала его дыхание с привкусом дымного алкоголя и карамели.