Книга Солнечная кошка, страница 111 – Ашира Хаан

Стас запретил звонить Артему до полудня, и несколько часов мне пришлось промаяться бездельем, пока он работал, а я безнадежно пыталась утрамбовать в голову последние ошметки знаний для экзамена. Что сдам, я не сомневалась, но хотелось попробовать на пятерку. Увы – свой шанс поработать первые пару лет учебы на зачетку, чтобы зачетка потом работала на меня, я упустила уже на первой в жизни сессии, схватив трояк по зарубежной литературе.

Ну не всем же быть умными, кто-то должен быть и красивым, правда?

Ровно в полдень я подняла со стойки телефон, который гипнотизировала взглядом последние полчаса, и нашла контакт Артема в мессенджере. Сердце колотилось так, словно я планировала делать ему предложение или сообщать о беременности, а не отшивать.

Но отшивать надо было грамотно, чтобы пришился обратно.

Сообщение я написала еще два часа назад под руководством Стаса, всласть поругавшись с ним из-за формулировок.

Он настаивал на своем опыте ловеласа и сердцееда, я на том, что являюсь без пяти минут и трех курсов дипломированным мастером слова.

Он уверял, что со стороны и с холодной головой проще манипулировать, я спорила, что знаю Артема лучше.

В общем, наше совместное творчество было отшлифовано до последней запятой. Хоть и выглядело небрежно: сообщение содержало опечатку, пропущенную точку и заглавную букву и даже речевую ошибку.

Мы могли бы основать маленький стартап по написанию безупречных манипулятивных сообщений.

Я уверена, он бы быстро раскрутился.

Потому что Артем перезвонил через две минуты ровно. При том что само сообщение так и висело непрочитанным – видимо, ему хватило той части, что он увидел на экране блокировки. На это мы тоже рассчитывали.

— Что делаешь, котеночек? – лениво поинтересовался он.

— Готовлюсь, как обычно, – мило защебетала я. – Днем мне еще с девчонками встречаться, вечеринку обсуждать, а завтра, ну, я тебе написала, мы идем на концерт!

— С девчонками?.. – рассеянно и очень, очень, очень незаинтересованно спросил Артем.

Я демонстративно замялась, якобы подбирая слова:

— Ну… нет. То есть да, но не с теми… Хотя…

— Слушай, котеночек! – прервал он мое блеянье. – Тут такие дела… Бабушку мою опять в больницу положили, так что в субботу я свободен. И квартира ее свободна. Во сколько встретимся?

Я сделала большие глаза, сигнализируя Стасу, что что-то пошло не так.

Эй, какая бабушка, где мой концерт «Горьких трав»?

Я уже успела привыкнуть к мысли, что мы туда все-таки пойдем.

Опять этот опытный промахнулся, как тогда с новым телефоном?

Но он попал. Просто я тогда еще не знала, что попал он практически в центр мишени, намного точнее, чем мы рассчитывали.

— Эммм… – снова замялась я. – В больницу, говоришь? И мы будем в ее квартире?

— Ну да! – раздраженно отозвался Артем. – Я так и сказал. Ну же, давай в пять?

— Слушай, неудобно как-то – она в больнице, а мы устраиваем разврат. Практически на смертном ложе.

— Слушай, а в прошлом году тебе удобно было? – фыркнул он. – Она ведь в тех же числах и лежала, у нее ежегодная плановая госпитализация. Ей там веселее, чем нам, поверь. У нее там подружки, с которыми они уже много лет вместе лежат, пирожки, нарушения режима. Не скучает.

А как же концерт? Этот вопрос все еще вертелся у меня на языке. Кто же пойдет по тем билетам?