Книга Слишком хорошая няня, страница 11 – Ашира Хаан

Александр качает головой и разворачивается к дочери:

— Дин, будешь яблоко?

Она энергично кивает, и он бросает ей в ладони огромное зеленое яблоко, в которое та вгрызается с сочным хрустом.

— Все эти дни, Лариса, моя дочь отказывалась есть, — говорит Александр, глядя на нее. — Удавалось уговорить только на фруктовое пюре и то после пары часов истерик. Я не переваливаю проблему, я решаю ее. Если она ест, улыбается, радуется только в вашем присутствии — значит мне нужны вы.

— Но это не мое дело, Александр! — в отчаянии всплескиваю я руками.

Этот мужчина вообще способен принимать отказы?

— Ваше, — спокойно роняет он. — С того момента, как вы к ней подошли.

— Доброта не остается безнаказанной?

— Совершенно верно, — кивает он. — Вы не прошли мимо Дины и тем самым взяли за нее ответственность. Вы же не бросите ребенка?

— Александр! Это совсем уж грубая манипуляция!

— Зато рабочая, — говорит он, и я понимаю, что дальнейший разговор бесполезен.

— Я отказываюсь! — говорю я и скрещиваю руки на груди.

Александр молчит.

Дина грызет яблоко.

«Роллс-ройс» едет по Невскому, то и дело застревая на светофорах.

Я строю планы, как сейчас попрошу высадить меня у «Зингера» и пойду куплю себе в утешение пару книжечек, чтобы успокоить нервы после самого стрессового собеседования в своей жизни.

— Лариса Михайловна, — снова начинает Александр, и я внутренне вою. — Давайте так. Вы проработаете у меня до тех пор, пока мы не найдем другую няню, которую Дина примет. С вами это будет проще. Мне нужно, чтобы дочь была спокойна и ходила к врачам. Давайте ограничим срок предложения. Вы работаете три месяца, получаете в три раза больше вашей зарплаты, а когда мы расстаемся, я даю вам рекомендацию в любую компанию на ваш выбор. Поверьте, моя рекомендация — это золотой билет.

Не могу поверить, но я…

Всерьез рассматриваю его предложение.

Три месяца. Деньги, которых хватит на хороший ремонт, а я давно собиралась привести свою квартиру в нормальный вид. Рекомендация.

Дина стучит меня по плечу, я поворачиваюсь, она протягивает мне огрызок яблока и говорит:

— Лала…

— Лара, малышка, я Лара… — говорю я, забирая у нее огрызок. Вздыхаю: — Господи, я ненормальная.

— Значит, договорились! — Александр протягивает мне ладонь для рукопожатия, и я вкладываю в нее огрызок.

— Договорились… — упавшим голосом говорю я, пытаясь понять, как ему это удалось. — А теперь везите меня домой.

— Я и везу, — говорит Александр, брезгливо рассматривая огрызок.

— В смысле? — не понимаю я.

В этот момент автомобиль сворачивает в переулок и останавливается.

Дина начинает выкарабкиваться из кресла, водитель выходит и огибает машину, открывая дверь с моей стороны.

— Я не упомянул? — говорит Александр. — Жить вы будете с нами.

Квартира Александра оказалась в Золотом Треугольнике Петербурга — самом шикарном районе города. Внутри трех его сторон — Дворцовой площади, Фонтанки и Невского — располагается куча достопримечательностей: Эрмитаж, Спас на Крови, Марсово поле, Михайловский замок. А еще — гостиницы, рестораны и, разумеется, квартиры. В старых, но еще крепких домах, каждый из которых может похвастаться интересной историей.

Дом, в котором обитал Александр, выделяется даже среди этих домов с историей. Это оказывается Писательский Небоскреб — дом, где расположен музей Зощенко, где во время Блокады жила Ахматова и обитало огромное количество других писателей, которым когда-то и выделили тут квартиры.