Книга Напиши обо мне роман, страница 171 – Ашира Хаан

— Имя или псевдоним и номер пригласительного, — попросила она, не поднимая глаз.

Но тут же очнулась, исправилась — ослепительно улыбнулась и — заметила нас.

Дежурная широкая улыбка тут же превратилась в теплую и открытую:

— Ой, Ром, это ты! — и, отбросив списки, она без смущения повисла у него на шее.

Я мрачно смотрела, как все ее обнаженные части трутся о Романа и мысленно закипала. Проверяет он пожарную безопасность, ага-ага…

Но тут сзади подошла еще одна парочка, и девушка с сожалением вернулась к работе — жестом пригласила нас проходить, и занялась ими.

— Слушай, а давай ошейник на тебя наденем, — предложила я по пути в главный зал и расстегнула кожаную полоску на своей шее. — Мне кажется, мне по стилю не подходит. Тебе в самый раз. И еще поводок тут нигде нельзя быстренько купить?

Роман засмеялся, забрал у меня ошейник и убрал его в карман.

Я фыркнула, но смирилась. В следующий раз точно не упущу случая поиграть в доминатрикс и пристегну к себе! И шоры ему на глаза надену!

— Давай я сам проведу экскурсию, чтобы ты не смущалась, — предложил Роман, когда мы вошли в полутемный зал. Видимо, он все же уловил, как я «незаметно» сменила траекторию движения, чтобы не столкнуться с распорядительницей, одетой в один сетчатый комбинезон с маленьким алым сердечком между ног. Она с удовольствием демонстрировала немногочисленным пока гостям, чем тут богаты и как развлекаются.

— Давай, — вздохнула я.

Было бы глупо сбегать, еще ничего не увидев.

Но все равно потащила его в другой конец зала, где пока никого не было.

— Здесь комнаты для практик, — пояснил Роман, направляясь к череде дверей, украшенных занавесями разных цветов. — Анонсировали приглашенных мастеров, лучших в Москве.

Он обнял меня за талию и открыл дверь в комнату, где не было ничего, кроме невысокого помоста и железной рамы с кольцами.

— Это для шибари, — пояснил он. — Веревки принесет мастер. Шибари, это такое связывание…

— Я знаю, что это такое! — фыркнула я.

И оно меня вообще никогда не вставляло. Ни смотреть, ни пробовать.

— Тут латексная кровать, — продолжил Роман, открывая следующую комнату. — Забираешься внутрь, оттуда откачивают весь воздух и кажется, что твоего тела больше нет, ты паришь где-то в облаках. Сенсорная депривация, знаешь?

— Куда дели старые добрые соляные ванны… — пробормотала я.

— Ну и тебя все трогают, — добавил он.

— Да, в соляных ваннах такого не было!

— А тут будет массаж, — продолжил он экскурсию.

— Звучит невинно.

— В том числе йони и лингам-массаж… — усмехнулся Роман.

— Показалось,— вздохнула я. — Показалось, что невинно. В смысле — подрочили и гуляй?

— Типа того. На террасе фаер-зона. Игры с воском и огненная пена. Очень зрелищно и местами страшно.

— Спасибо, обойдусь.

— Дальше комната для оргий.

В освещенной фиолетовым светом помещении располагалось несколько широких подиумов переходящих один в другой на разной высоте. Почему-то мне это напомнило выдвижные кроватки в детским саду, где я в школьные годы проходила практику, и я снова фыркнула.

— Что? — покосился Роман.

Его рука уже давно сползла с моей талии существенно ниже, но я не особенно волновалась. Так он хотя бы прикрывал мою задницу под просвечивающимся платьем от лишних взглядов.

— Ничего-ничего!  — замахала я руками. — А зачем тогда в главном зале все эти мягкие подушки по углам?