Книга Напиши обо мне роман, страница 76 – Ашира Хаан

— Нееее… — я засмеялась, пытаясь выковырять из кармана телефон. — О! Всего семь километров! За полтора часа дойду точно.

Он тяжело вздохнул, безмолвно мотая головой. Может быть, даже что-то такое высказал, но благоразумно — про себя.

— Я с тобой.

— Зачем? — я уже направлялась в нужную сторону, глядя на карту в телефоне, но тут пришлось оглянуться. Рома догонял.

— Шлем свой у тебя заберу.

Он пошел рядом, засунув руки в карманы и предоставив мне право быть штурманом. Один раз мы так в трех соснах уже заблудились, ничего?

— Точно, шлем! — вспомнила я. — А он тебе прямо сегодня нужен? Может, потом?

— Нет, сейчас. Вдруг я решу еще какую, более интересную и благодарную девочку покатать на своем мощном звере!

Я покосилась. Улыбки на его лице видно не было, но полутьма, резкие отсветы от фонарей и тени листьев, шелестящих под ночным ветром, не позволяли разглядеть точно.

— У тебя что, других шлемов нет? — подозрительно спросила я.

— Неа.

— Так купи! Ты же богатый!

— Будешь мне еще указывать, на что деньги тратить!

Я закатила глаза. Маршрут на карте укоротился на двадцать метров, и навигатор радостно сообщил, что впереди полтора часа невыносимого миллионера с зелеными глазами в крайне вредном настроении.

Штош.

Сами семь километров меня совершенно не пугали. Гулять я любила всегда. Ничего не надо делать, только переставлять ноги — лапка за лапкой — и однажды придешь куда-нибудь в интересное место. Сбежишь из скуки серых будней.

Однажды я так достала своего психотерапевта требованиями сделать с моей послеразводной тоской что-нибудь ПРЯМО СЕЙЧАС НЕМЕДЛЕННО, что он послал меня. Домой. Пешком. Из кабинета почти на другом конце города.

Все, что я спросила: «А это точно поможет?»

Бешеной собаке — семь верст не крюк. Всего двадцать шесть километров вышло, фигня какая. Зато пока шла, я хотя бы эти несколько часов не думала о том, как несправедливо, что можно любить человека до самых костей и не быть ему нужной вообще.

Совсем. Абсолютно.

Кажется, это здорово помогло. По крайней мере, мы закончили терапию меньше, чем через два месяца после этого случая. Просто стало не о чем говорить. Я и так все знала — про обиду, про печаль прощания, про гнев на того, кто причинил тебе боль. Но любовь пока еще никто не научился лечить.

— О чем ты думаешь? — спросил Роман притихшую меня.

— Это девочки обычно спрашивают после секса, а не мальчики вместо, — автоматически огрызнулась я.

— Представляешь, сколько необычного тебя еще ждет после секса? — он обогнал меня и неожиданно поймал в объятия.

Прижал на несколько мгновений — и почему-то я не стала сопротивляться. Прохладно уже ночью в сентябре, вот что. А Роман теплый.

Но он уже выпустил обратно и просто пошел рядом.

— Ой, обычно, когда так много вкладывают в рекламу, на качество товара уже не остается денег, — я не поленилась его подколоть, несмотря на то что идти вот так, в полуметре друг от друга, вдыхать его янтарно-дымный запах было невероятно уютно.

— Это только с дешевыми китайскими подделками так, а я уникальный товар! — нагло заявил он. — Так ты не ответила. О чем думала? Ты аж губу закусила.

— О бывшем муже, — честно ответила я.

— Мда, зря спросил, — помрачнел Роман.

Я только пожала плечами и снова закусила губу. Понятия не имею, что у нас сейчас за странные отношения, но меня всю жизнь учили про бывших будущим не рассказывать. В худшем случае это расстроит тонкую мужскую психику до такой степени, что встреча будет последней. В лучшем — этот самый «будущий» отправится разъяснять бывшему его место в иерархии, а виновата все равно будешь ты.