Книга Наследник темной звезды. Том VII, страница 123 – Василий Груздев

Но для авианосца или «Крепостей» манёвр уклонения означает сбиться с курса и выйти на минное поле, что, по сути, еще хуже. Слишком высока инерция их движения… Так что атака грёбаных камикадзе имела смысл. А вот насколько это окажется фатальным, предстояло еще узнать.

Первый лёгкий крейсер скраберов, объятый огнём с крепостей, развалившись пополам, вырвался из общей массы и на полной врезался прямо в борт авианосца.

— Контакт! — орал оператор.

А что толку? Все и так уже понимали, к чему это приведёт. Удар не был смертельным, щиты авианосца его выдержали, но голубая пелена защиты полыхнула ослепительной вспышкой и схлопнулась.

— Щиты накрылись! — автоматически отрапортовал аналитик, и тут же его голос сорвался: — Второй! Третий! Они падают…

Враг шёл не сбавляя скорости, поливая из всех стволов то, что осталось от фронтальной брони авианосца, а затем врезался в последнем суицидальном взрыве! Все бы ничего, но этим тварям было недостаточно вывести корабль из строя, они продолжали его бомбардировать до тех пор пока реактор гиганта не рванул…

Чудовищная вспышка, ослепившая на мгновение, а затем ударная волна, подкрепленная летящими во все стороны осколками. Часть из них ударила по «крепостям», часть накрыла тормозивший имперский флот.

На тактическом экране, кроме метки авианосца, погасло несколько союзных. Но это было только начало.

— Они идут на «крепости»! — голос оператора сорвался на крик.

Взрывы гибнущих кораблей один за другим — безжалостно и эффективно. Надо отдать должное командующему скраберов: они просчитали всё заранее — отправили в самоубийственный полёт ровно столько, сколько требовалось. По крайней мере, к тому моменту, как на тактическом экране закончились красные точки. Обе крепости перестали существовать, и всё это превратилось в груду осколков, медленно заполнявшую собой «коридор»…

Там впереди, по космическим меркам, рукой подать — остались жалкие остатки кораблей противника, через которые флот может пройти, растоптав. Но рваться вперёд было бы форменным самоубийством. На такой скорости даже небольшие осколки будут чувствительно бить по щитам. От одного урона мало, но если их будут тысячи, корабли просто сотрутся об них, как о наждачку. И Риггер был того же мнения.

— Разворот, — голос его сел до хрипоты. — Всем кораблям, разворот на сто восемьдесят. Выход из коридора.

— Адмирал, неужели мы не сможем пройти здесь? — снова подал голос Рональд.

Брайан глянул на него ненавидящим взглядом.

— Уж поверьте моему опыту, Соверен, — прорычал он, отворачиваясь.

«Гнев небес» тем временем дрогнул, меняя курс. Построение распадалось, синие метки на голограмме смешались в беспорядочную массу, пытаясь развернуться и поскорее покинуть ловушку…

В эфире творилось что-то невообразимое. Командиры кораблей перекрикивали друг друга, запрашивая подтверждения, докладывая о потерях, проклиная всё на свете. Риггер не пытался навести порядок — он сидел в кресле, сгорбившись, и смотрел в пустоту. То ли просчитывал варианты, то ли просто впал в апатию.

— Семнадцать кораблей потеряно, — доложил аналитик. — Авианосец, две крепости, три линкора, остальные — лёгкие. Ещё девять тяжело повреждены.

— Ублюдки! — прошипел Риггер. — Грёбаные жукоподобные ублюдки! Они…

— Они не люди, — закончил за него Алекс. — Мы бы так не поступили. По крайней мере не в такой ситуации.