Книга Стренджер, страница 95 – Василий Груздев

А времени на то, чтобы переиграть ситуацию, уже нет! Неужели сольюсь так по-глупому? Таймер тикает. Через пять минут вокруг меня начнут рваться снаряды — не спрячешься. Здесь всё на камерах — шоу всё-таки. Увернуться можно, один раз, два… «Интуиция» и мобильность в помощь. Но что толку? Бить будут до победного. Пока не убьют, либо на чекпоинт не загонят на ощетинившихся стволами врагов. А те будут ждать, как только услышат первый «бабах».

— Гисс, создавай заготовки «накопителей», — нервно отдал я приказ, занимаясь тем же самым.

— Приступаю, зайчик.

Многопоток — моя самая большая слабость, которую я пока что компенсирую симбионтом. Одновременно несколько энергетических конструктов держать в голове сложно. Три — мой максимум, на грани потери связи с реальностью. И это прогресс, долгое время мне и второй поток не давался. Для Гисс же это не проблема, только мощность их зависит от моего энергообеспечения.

Если бы я мог использовать технические ресурсы симбионта, то энергетические «резервуары» с запасом пси-энергии можно было бы морфировать в «железе». Но это опять выход за пределы «Тек-1». Благо мои личные навыки правилами не регламентировались.

Сразу двадцать накопителей зависли возле меня, наливаясь энергией. Пусть и единственный раз, но щит мой станет во столько крат мощней. Хватит, чтобы выдержать артобстрел несколько минут. Однако проблему это не решало, бить будут, пока не сдохну… Тут меня осенило! В правилах ведь нет запрета на то, чтобы притворяться мертвым? Главное, как можно реалистичней обставить свою смерть… Только теперь так, чтобы в неё поверили даже организаторы.

Когда по мне прилетела первая пара реактивных снарядов, я, как мог, изображал свое бессилие и отчаяние. Представляю, как там за экранами своих селфов потешаются жаждущие моего поражения, поставившие против меня тысячи зрителей. Но суперщит просел при этом лишь на десять процентов. Второй удар был много мощней, его я принимал в позе лотоса, делая вид, что с трудом, но преодолеваю атакующие возможности противника.

И тогда по мне наконец зарядили по-настоящему. В какой-то момент я даже испугался, что отделяющая меня от огненного ада пелена не сдюжит… Но обошлось. Столь массированный обстрел привел к заранее предсказуемым результатам — в воздух подняло огромную массу земли и тонну пыли. Спрятавшись в этой завесе, используя старые наработки, как тогда на пустынной планете, я погрузился в грунт. Не так глубоко и не столь быстро, но с тем же результатом… Когда дым рассеялся, а пыль осела, на земле остались лишь рытвины испещренной микро кратерами земли.

Маска с регенератором кислорода снова оказалась не бесполезной. Так что минут десять я изображал из себя хладный присыпанный землей труп, а затем рванул к чекпоинту. Удивительно, но пара бойцов там тусила до сих пор, но двое — это не пятьдесят, плотность огня так себе. Маневрируя с помощью «импульсов», я с легкостью сбивал им прицел, «предсказывая» попадания.

Осознавшие свою ошибку организаторы также открыли по мне огонь, однако было поздно. С ветерком залетев на точку, я на ходу расстрелял не ожидавших такой подставы трекеров. Минус два налегке, а стоило войти в «зону», как и обстрел прекратился.

Жаль, эти бедолаги были не единственными, кто задержался: снайперские выстрелы ударили по мне, стоило спуститься с северной части холма. Противник был вне зоны моей детекции, а значит, бил с дистанции более полутора километров. Единственная точка, откуда можно было вести прицельный огонь по этой позиции, находилась на очередной высотной бетонной башне… Видимо, специально равномерно раскиданные по «игровой» локации, они доставляли мне существенные неудобства.