Книга Помещик, страница 80 – Юрий Уленгов, Алекс Хай

— То есть кто-то припёр сюда эту здоровенную дуру, да ещё и с тварями внутри, а никто не заметил? — Я повернулся к егерю. — Это как вообще, Гриша? У тебя часовые что, совсем мышей не ловят?

Григорий помрачнел ещё сильнее.

— Это следующее, что показать хочу.

Он развернулся и пошёл к воротам. Петри молча двинулся следом.

У забора лежали два тела. Их отнесли от прохода и положили рядом, накрыв рогожами. Из-под одной торчали сапоги, из-под другой — босая ступня. Я остановился и посмотрел на Григория.

Тот отвернулся.

Петри присел, откинул край рогожи и показал мне рану на шее убитого. Чуть выше ключицы темнело небольшое отверстие, вокруг кожа уже налилась синевой.

— Из лука их достали, — сказал сету. — Хороший стрелок. Издалека бил. Сначала снял того, что на дальней вышечке стоял. Потом этого, у ворот. Стрелы отравлены — оба сразу умерли. Понять ничего не успели.

Я выпрямился и медленно выдохнул.

Ещё двое.

Четыре человека за двое суток. Нет, пять — был ещё тот, кому страж оторвал голову. И ещё непонятно, выживет ли укушенный. Пять.

Да как так-то?

Петри снова накрыл тело и поднялся.

— Дальше, ваше благородие. Пойдёмте, ещё кое-что покажу.

Я пошёл за ним, чувствуя, как снова закипает злость. Идти пришлось недалеко. Шагах в двадцати от постоялого двора одна секция частокола была аккуратно отодвинута в сторону, словно створка.

Я поднял фонарь, присматриваясь. Гвозди, удерживавшие поперечные брусья, вытащили. Стягивавшие брёвна верёвки перерезали, концы лежали на земле. Кто-то перелез через частокол, потратил время, разобрал крепления и открыл проход для клетки.

Работали спокойно. Торопиться им было некуда.

— Отсюда затащили, — сказал Петри. — Человек шесть было, судя по следам. Пришли из леса.

Он присел возле разрытой земли и показал несколько отпечатков. Я видел только грязь, примятую траву и множество следов от мужицких сапог, набежавших сюда после пожара. Петри каким-то образом различал среди них нужные.

— Я по следу пробежался, — продолжил он. — В лесу телега стояла, лошади. Оттуда клетку тащили. Потом уехали на дорогу, а там уже ничего не разобрать.

Вот и всё. Опять следы, опять дорога, по которой можно попасть куда угодно, и ни одного живого человека, способного рассказать, кто приказал это сделать.

Петри прошёл вдоль отодвинутой секции, остановился возле глубоких борозд на земле и нахмурился.

— Одного не пойму, барин. Ну ладно, часовых сняли. Ладно, забор разобрали. Но твари-то… Неужели молча сидели, пока их в клетку запихивали, везли, а потом сюда тащили? Обычный мертвяк в железо зубами вцепится, лишь бы до живого добраться. А здесь костяной страж! Такая тварь всю телегу по дороге разнесёт.

Он выглядел растерянным. Григорий тоже ждал ответа.

Я вспомнил разговор со Спиридоном.

Нет, без человека с Даром здесь точно не обошлось. Просто никак бы не справились. Здесь явно поработал некромант.

Вот только на кого теперь думать?

Пакость была вполне в духе Козодоева: уничтожить мою постройку, убить людей, напугать остальных и не оставить доказательств, которые можно предоставить исправнику. Но откуда у Михал Василича некромант?

Или всё наоборот — это отголосок событий в Старой Руссе, а Козодоев здесь вообще ни при чём?

Нет. Что-то не складывалось.

Люди, способные выращивать орды и управлять сотнями мертвецов, подожгли недостроенный постоялый двор в маленькой деревне? Убили нескольких крестьян? Опасно, кроваво, но всё же мелко. Слишком мелко. Больше походило на месть злобного помещика, чем на действия тайного общества некромантов.