Онлайн книга «Ссыльный»
|
За дверью кабинета скрипнула половица, потом послышалось осторожное покашливание, а затем — робкий стук. Я мысленно выругался на себя самого. Опять двери внизу не закрыл, вот же дундук! С другой стороны, если бы закрыл — сейчас пришлось бы плестись вниз, отдуваясь и морщась от боли в рёбрах, открывать двери, чтобы впустить визитёра, подниматься обратно… Нет, надо что-то делать. Прислуга мне здесь совсем не помешает. Хотя бы денщик. Вот только где его взять и с каких шишей ему жалование платить? — Заходи, Ерофеич, — сказал я, повысив голос и не отрываясь от ствола. — Нечего там в коридоре мяться. Дверь отворилась, и в щель просунулся Ерофеич. Сунув голову в кабинет, он внимательно огляделся, и только убедившись, что нечистая сила не планирует сей же момент цапнуть его за нос, протиснулся в помещение целиком. В руке Ерофеич держал чайник. Остановившись у порога, староста с интересом огляделся. — А хорошо у вас здесь, барин, — проговорил он, наконец. — Уютно. — А то! — усмехнулся я, продолжая возиться с терцеролем. — Да ты проходи, присаживайся, в ногах правды нет. Ерофеич кивнул, зачем-то опять огляделся, и, явно подумав, не снять ли ему лапти, наконец прошёл к столу. — Вот, барин, Марфа чайку прислала. Беспокоится, всё ли у вас хорошо. — Поставь пока, — я кивнул на край стола. — Спасибо Марфе, всё хорошо. Рёбра болят только немного, а так — нормально. Ерофеич кивнул, поставил чайник и ещё раз огляделся — цепко, внимательно. И только убедившись, что никакая нечисть здесь и сейчас ему не угрожает, уселся на краешек стула. — Сейчас, у меня тут где-то кружки должны быть… — пробормотал я. Часть посуды давно перекочевала в ящики массивного стола: почти всё время я проводил в кабинете, а бегать каждый раз на кухню желания не было. Достав пару чайных чашек, я поставил их перед Ерофеичем. — Наливай. Я пока закончу. Тот плеснул в чашки ароматного отвара, одну придвинул ко мне, вторую сжал в ладонях, будто пытался согреться. Отхлебнул. Покосился на меня поверх кружки, на разложенное оружие, на дорожное платье, которое я ещё днём достал из сундука и повесил на спинку стула, и физиономия его приобрела выражение человека, наблюдающего приближение стихийного бедствия. — Это вы чего это, барин? — осторожно спросил он, хотя прекрасно знал ответ. — Собираюсь, — сказал я, продёргивая шомпол через ствол терцероля. — Завтра с утра к Козодоеву поеду. — Ох, барин… — Ерофеич вздохнул так, будто я объявил, что собираюсь жениться на мертвячке. — Ох, не ехали бы вы… — Ерофеич, — я посмотрел на него. — Ты же сам мне сказал: ежели серу достать — это к Козодоеву. Или я что-то перепутал? — Дак сказал, сказал… — Ерофеич заёрзал. — Только Козодоев, барин, мужик вредный. Хитрый. С вашим дедушкой поссорился — не за просто так ведь поссорился. Ну, достанете вы серу, а он потом припомнит, да ещё и с наваром каким-нибудь… — А у нас варианты есть? — спросил я. — В Псков или в Порхов мне ехать не с чем. Денег — шиш, а там за порох дерут втридорога. Это тебе не столица, тут военное время, каждый фунт на вес золота. Ещё и разрешение на покупку поди получи сначала. А у Козодоева, если верить твоим же словам, есть всё. И ему самому выгодно, чтоб с нашей стороны мертвяки к нему не полезли. Мы ж, считай, между ним и мором стоим. Так что, думаю, договоримся как-то. |