Книга Основано на реальных событиях, страница 32 – Алайна Салах

Повисает пауза. Я часто дышу, чтобы взять под контроль разбушевавшиеся эмоции. Женя в этот момент сверлит глазами асфальт.

— Я, конечно, ожидал услышать много неприятного в свой адрес, но не столько, — наконец выговаривает он.

— Вместо того, чтобы зарядить тебе по лицу, я предложила трезво на себя взглянуть, — сиплю я, внезапно ощутив себя страшно уставшей. — Если тебе все еще дорога твоя семья – ты сделаешь нужные выводы. Если нет – надеюсь, что Марина когда-то найдет в себе смелость послать тебя на хрен.

— Не слишком ли ты смело раздаешь советы о счастливой жизни для будущей разведенки?

Последние силы уходят на усмешку. Даже хорошо, что Женя выразился именно так, а то я уже начала его жалеть.

— Ты сам притащился ко мне с нытьем и оправданиями. Хочу и раздаю. По поводу моего предстоящего развода: восемь лет рядом с Владом я была абсолютно удовлетворена и счастлива. И развожусь я именно потому, что не хочу обесценивать эти годы убогими компромиссами, — я запускаю руку в сумку и щелкаю сигнализацией мазды. — Хотя ты такое вряд ли поймешь.

Дома я по инерции скидываю туфли и роняю ключи на комод. Остатки моего огня были сожжены в разговоре с Женей, и на следование плану пойти в ресторан сил не остается. Хочется слабовольно упасть на кровать и позволить апатии себя догрызать.

Когда-то эта тварь все равно нажрется, и я смогу вернуть себя прежнюю. Воспоминания о прошлом перестанут отдавать горечью утраты, улыбки больше не будут требовать столько усилий и воскреснет потребность снова стать яркой.

Именно так все и будет, но сначала нужно позволить себе полноценно отгоревать.

Я стягиваю с себя рубашку с юбкой и, превозмогая усталость, иду в душ. Обычно я делаю это перед сном, но сейчас слишком ощутим налет, оставленный встречей с Женей.

Включаю воду и по обыкновению жду, пока она нагреется. Стою с полминуты, но она так и остается холодной.

Твою же мать.

Я отматываюсь полотенцем, выхожу на кухню и обнаруживаю, что фитиль водонагревателя перестал гореть. Несколько раз жму кнопку розжига, но ничего не происходит.

Чертыхнувшись, иду выключать воду. Меня будто проклял кто-то, ей-богу. Ни дня без происшествий.

Вот и появилось, чем занять вечер. Дозваниваться до Горгаза и умолять их решить проблему в срочном порядке. Я не могу пойти на работу с несвежей головой, как и не считаю себя настолько отважной, чтобы плескаться в холодной воде.

Увы, механический голос на том конце неутешительно сообщает, что на мой запрос пока некому ответить и советует перезвонить в рабочие часы.

Я с тоской смотрю на крошечный чайник. На мою копну потребуется вскипятить его раз пять — не меньше. А потом поливать на себя ковшиком, как в детстве, когда летом на месяц отключали горячую воду.

Нет, не хочу.

Вместо этого я возвращаюсь в гостиную и калачиком сворачиваюсь на диване. Не хочу больше ничего решать. Завтра соберу волосы в хвост, лицо умою мицелляркой, а стратегически важные места протру влажными салфетками. Не всегда получается быть сильной и стойкой, и со всем справляться на пятерку. Быть несовершенной — это тоже часть меня.

Не знаю, сколько минут я гипнотизирую стену рассеянным взглядом, пока в дверь не звонят. У меня даже не получается удивиться чьему-то позднему визиту – настолько я эмоционально обесточена.