Книга Основано на реальных событиях, страница 95 – Алайна Салах

— Я понял, — Влад улыбается так, словно ему хочется меня поддержать. – Мне тогда, наверное, тоже что-то надо пообещать.

— Только если действительно хочешь, — предупреждаю я, выразительно стрельнув в него взглядом.

— Я хочу. Обещаю любить тебя в любых обстоятельствах.

— А было время, когда ты переставал?

Этот вопрос требует огромного мужества. Потому что услышать ответ, несмотря ни на что, мне все еще страшно.

— Нет, — Влад отвечает ровно и без заминки. — Так я извиняюсь за время, когда замкнулся в себе. Я настолько очерствел, что не понимал, как сильно тебя измучил. А потом увидел тебя плачущей в машине, и как будто ледышку из груди выдрали.

— Влад?

— А?

— За что ты меня вообще любишь, а? – я издаю хрипловатый смешок, хотя мне совсем не до смеха. — Я тут посмотрела на себя со стороны… Зрелище, ну такое себе…. Я эгоцентричная мнительная истеричка с комплексом бога.

— А я вижу совсем другое. – Влад сплетает наши пальцы, подносит их к губам и целует мое запястье. – Ты самая темпераментная, мудрая, язвительная, сексуальная, оптимистичная, преданная, искренняя… Сильная и очень смелая. Ты никогда не бежишь от проблем, всегда их атакуешь. Там, где я сам буду долго думать, ты уже много раз сделаешь и получишь результат.

— Спасибо… — я снова смеюсь, но на этот раз от нарастающего ощущения эйфории. — Ты, похоже, действительно очень сильно меня любишь.

— Ничего не изменилось с того дня, как я в первый раз увидел тебя с тем модником… Все время забываю, как его имя…

— Игорь… — напоминаю я.

— Да, точно. Вроде уже восемь лет прошло, а ты для меня все та же девчонка в кедах, на которую я с первого взгляда залип… – Остановившись, Влад разворачивает меня к себе и заглядывает в глаза. — Вот даже сейчас смотрю на тебя и думаю, что невозможно быть совершеннее.

И от той теплоты и восхищения в его голосе у меня во второй раз за вечер слезы. Мне есть что на это ответить, но на эмоциях слова вязнут в горле.

Ведь для меня, в отличие от Влада, кое-что все-таки изменилось. Его я вижу еще более прекрасным, чем в день нашей первой встречи.

Год спустя

— Ты как? — Влад сжимает мою ладонь. – Волнуешься?

— Больше чем перед вторым свиданием с тобой, — честно отвечаю я.

— Тей, я уже говорил, но повторюсь: ты не обязана через это проходить. Мы можем подождать еще, можем взять ребенка из детдома.

Я мотаю головой. Нет. Я уже все решила. У нас должен быть свой ребенок. Кровь от крови, плоть от плоти. Ждать я больше не могу да и не хочу. В свои тридцать чувствую себя полностью готовой к тому, чтобы стать матерью.

Я допиваю овсяный латте и выбрасываю стакан в урну. Консультация назначена на десять, значит нам пора.

Координатор программы суррогатного материнства нравится мне с первого взгляда. У Аниськиной Марии Васильевны мягкие черты лица и располагающая улыбка, что заставляет думать о ней как о доброй фее-крестной, а не о дельце, наживающемся на чужих несчастьях.

— Пожалуйста, располагайтесь, — она указывает на кресла. — Воды? Чай? Кофе?

— Не надо, спасибо, — рука Влада ложится на изголовье позади меня. Это движение – собственническое и защищающее – заставляет волнение внутри меня стихнуть.

Заняв более непринужденную позу, я смотрю перед собой. На столе рядом с монитором лежит заполненная нами анкета о здоровье, образе жизни, отношениях и мотивации. Если суммировать все вопросы, которые мне задавали на собеседованиях – а их в моей жизни было не меньше двадцати, — не наберется и половины из того, что содержала эта анкета.