Книга Связанные Неприятности, страница 56 – AnnKo

— Лиза! — хрипло выдохнул демон, прежде чем его поволокли к лестнице. — Помни… петля… возвращения…

Он не успел договорить. Жестокий удар гвардейского сапога под дых заставил его замолчать. Ослепляющая ярость мгновенно вскипела во мне, я безумной кошкой рванулась вперед, но Пинч ловко преградил мне путь, выставив перед моим лицом тяжелую трость.

— Стоять, — процедил он сквозь зубы, поправляя котелок. — Вы, Элизабет, отныне под домашним арестом. Попытаетесь покинуть пределы поместья — стража имеет официальный приказ бить на поражение. Наслаждайтесь своим «Светлым Ключом», пока можете. Без Источника эта рухлядь — просто старый склеп.

Они ушли, шумно грохоча подковами сапог. В замке воцарилась звенящая тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием двоих стражников, вставших на караул у запертой двери подвала.

Я осталась одна в огромном, чистом, но теперь абсолютно пустом и вымершем холле. Мой обсидиановый крючок лежал в кармане Пинча, Барнабас томился в тюрьме, а Источник запечатал сам себя.

* * *

Я без сил опустилась в глубокое кресло у камина, чувствуя, как внутри всё дрожит от лютой, выжигающей несправедливости. Значит, наш ледяной герцог решил взять меня измором? Серьезно думает, что столичный дизайнер без своего главного инструмента — это просто испуганная, беспомощная девчонка из Верхнего мира?

Я машинально сунула дрожащую руку в глубокий карман своего «отредактированного» платья. Пальцы внезапно наткнулись на что-то теплое, мягкое и шелковистое. Нахмурившись, я потянула находку наружу и пораженно уставилась на небольшой клубок серебряной нити Источника. Тот самый, который я смотала еще в Москве и, кажется, на автомате сунула в карман, напрочь забыв о нем в суете.

А следом за клубком, запутавшись в складках струящегося шифона, звякнуло что-то еще. Я запустила пальцы глубже и вытащила… свои верные бамбуковые спицы. Откуда они здесь взялись? Я же точно оставляла их на кофейном столике! Будто сам замок тайно спрятал их в мое платье, решив помочь своей Хранительнице.

— Ну что, поиграем? — тихо прошептала я, и мои глаза зло сузились, пока пальцы крепко сжимали спасительные спицы. — Посмотрим, господин Пинч, как ваши хваленые железные засовы и тюрьмы справятся с той, кто умеет вязать кутюрные шедевры на чистой ярости и упрямстве.

Глава 34.

Я сидела в глубоком кресле, крепко сжимая в одной руке свои спицы, а в другой — серебряный клубок из прошлой жизни.

Уходя, Барни успел прохрипеть странные слова: «Помни… петля… возвращения…». Что, черт возьми, это значит? Какой-то тайный магический ритуал? Вряд ли. Демон прекрасно знал, что я не умею читать древние гримуары и не знаю ни одного заклинания. Тогда к чему этот намек?

И тут меня осенило. Барни знал, что лучше всего на свете я умею вязать. Моя магия — это геометрия узоров. Значит, петля возвращения… это не слова. Её нужно физически связать! Что ж, стоит попробовать.

Я прислушалась к себе, пытаясь нащупать Источник. Мой Источник. Пинч и его недалекий герцог Штерн наивно полагали, что если заблокировать дубовые двери в подвал и навесить сургучные печати, то я лишусь магии. Идиоты. Да всё это колоссальное поместье и было Источником! Каждый камень, каждая половица и каминная труба за эти дни насквозь пропитались нашей силой. Магия бурлила во мне, смешивалась с кровью и отчаянно просилась наружу. И пусть применить я её пока могла только через спицы и моток ниток, мне вовсе не нужно было спускаться в подвал к стражникам, чтобы перехватить контроль.