Книга Визит «Полярного Лиса», страница 119 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Второе обвинение могло последовать из-за того, что еще полгода назад, в ходе командно-штабной игры, он сам, командуя «синими» (то есть играя за немцев), показал всю пагубность размещения в Белостокском выступе основной ударной группировки будущего Западного фронта, вдребезги разгромив «красных» (то есть генерала Павлова) даже при равном соотношении сил*. И, несмотря на это, за полгода, прошедших с момента той командно-штабной игры до начала войны, никто – ни командующий округом Павлов (вот уж кому достанется по полной программе), ни начальник Генерального штаба Жуков – не предприняли никаких мер, чтобы исправить сложившееся положение. Например, задним числом Жуков понимал, что в первую очередь требовалось усиливать фланговые 11-ю и 4-ю армии, озаботившись созданием системы полевых укреплений вдоль естественных рубежей обороны, одновременно убирая большую часть войск из Белостокского выступа.

Примечание авторов: * настоящие, а не учебные немцы навалились на Западный фронт, имея общее двукратное преимущество в силах, а на направлениях главных ударов соотношение сил, в том числе за счет упреждения в развертывании, доходило до «одного к десяти» или даже больше. На направлениях основных ударов против каждой советской дивизии, дислоцированной в приграничье, немцы сосредотачивали до одного армейского корпуса при поддержке танков и авиации.

Но в тоже время как ты это сделаешь, под каким соусом отдашь приказы, если в сознании высшего генералитета и в государственной пропаганде (в первую очередь) царит наступательная доктрина «малой кровью и на чужой территории», а оборонительные мероприятия считаются ужасной ересью и даже не отрабатываются на учениях? И это после того, как за месяц были разгромлены Польша и Норвегия, за полтора – Франция, без боя сдалась Дания, и за несколько дней пали Голландия и Бельгия. После всех побед вермахта на западном фронте шапкозакидательство советских генералов выглядело даже не авантюрой, а кое-чем похлеще и это «похлеще» следователи ГУГБ НКВД всегда будут готовы пришить к делу.

Одним словом, настроение у генерала армии Жукова было весьма мрачным, и он уже внутренне был уже готов к тому, что его арестуют прямо в этом кабинете. Много уже было таких генералов, которые поднялись почти на самую вершину и, не оправдав доверия Партии и Правительства, канули с этой высоты во Тьму Внешнюю, где только мрак непроглядный и зубовный скрежет. Что касается маршала Шапошникова, то при отсутствии достоверных вводных он старался вообще ни о чем не думать. Но, к обоюдному удивлению генерала Жукова и маршала Шапошникова, Сталин и его присные повели себя совсем не так, как предполагалось. И вообще, настроение у вождя было боевитым и даже приподнятым, как будто совсем недавно он получил какое-то благоприятное известие, которое вскоре изменить расстановку сил на советско-германском фронте. Но это состояние недоумения продлилось недолго – ровно до того момента, когда хозяин кабинета, коротко поздоровавшись (будто они не расстались всего несколько часов назад), принялся просвещать генералов по поведу последних:

— … мы вызвали вас, чтобы проинформировать о том, что у нашей Рабоче-крестьянской Красной армии появился неожиданный союзник, так сказать, свыше. Да-да, товарищи… Это те самые так называемые «защитники», которые закрывают небо над нашими частями от немецкой авиации; но не только они. Сегодня ночью на связь с нами вышло их командование, предложившее всемерную помощь в деле борьбы с немецко-фашистскими захватчиками. В отличие от ВАС, товарищ Жуков, ИМ доподлинно известна обстановка на любом участке фронта. Товарищ Илина Ке, покажите товарищам Жукову и Шапошникову обстановку на Западном фронте на данный момент.