Онлайн книга «Визит «Полярного Лиса»»
|
Это мы тут знаем, что никакого трибунала за неисполнение приказа генерала Павлова не будет. Скорее, наоборот, за катастрофическое развитие событий в полосе Западного фронта под трибунал попадет сам его командующий, который скоро станет бывшим. Для остальных это совсем не очевидно – скорее, наоборот, они могут ожидать репрессий за то, что недостаточно оперативно выполнили приказ комфронта и не успели выйти к Минску до того, как там оказались немецкие танки. Как будто это было возможно в принципе. Стрелковая дивизия РКККА за сутки проходит тридцать пять километров, таковая дивизия немцев, даже с боями – пятьдесят-семьдесят. Приказ на отступление поступил тогда, когда немцы углубились на нашу территорию на двести-триста километров. Вот и считайте сами – могли ли наши войска, лишенные средств ПВО и оттого избиваемые с воздуха непрерывными ударами вражеской авиации, опередить двигающиеся как на параде немецкие танки? Самое неприятное положение сложилось у нас с 11-м мехкорпусом генерал-майора Мостовенко, который находится в тридцати двух километрах к северо-западу от нас у разрушенного моста через Щару, рядом с деревней Великая Воля. Вместе с ним из окружения выходит большая часть бывшего моего 6-го казачьего кавкорпуса, прекратившего свое существование после того, как командующий корпусом генерал-майор Никитин* приказал разбиться на мелкие группы и выходить из окружения поодиночке. Чудовищная глупость, происходящая исключительно от неверия в собственные силы. Примечание авторов: * Есть в судьбе генерала Никитина некоторый непонятный нюанс, точнее, два нюанса… Во-первых – при попытке прорваться из окружения он был захвачен в плен. Содержался во Владимир-Волынском лагере военнопленных, затем в концлагере в городе Хаммельсбург. Являлся одним из организаторов подпольной борьбы. В январе 1942 года переведён в Нюрнбергскую тюрьму, где в апреле 1942 года был расстрелян за отказ сотрудничать с врагом. Во-вторых – 23 октября 1942 года по пункту 1«б» статьи 58 УК РСФСР (измена со стороны военного персонала: расстрел с конфискацией имущества) генерал Никитин был заочно осуждён Военной коллегией Верховного Суда СССР и приговорен к расстрелу. При этом надо учесть, что обычно уголовные дела по 58-й статье против советских генералов, в плену сотрудничавших с врагом, возбуждались уже после Победы, на основании информации из немецких архивов. Тут же все было совсем не так, и посмертное осуждение уже расстрелянного немцами генерала наводит на мысль, что свою 58-1«б» генерал Никитин заработал еще до попадания в плен. Именно поэтому отказ от сотрудничества с оккупантами никак не мог повлиять на суровость приговора и отсутствие его отмены сразу после Победы, когда уже стало известно, что генерал Никитин не сотрудничал с врагом. Вполне возможно, что он совершил ошибку, которая была хуже преступления, и был бы за нее осужден и расстрелян, даже если бы ему удалось благополучно выйти из того окружения. На данный момент 11-й мехкорпус в наших масштабах представляет собой достаточно серьезную боевую силу, имеющую в своем составе пятьдесят танков, два десятка бронеавтомобилей, а также артиллерию на механической и конной тяге. Из-за того, что капитальный мост через Щару был разрушен противником, а наведенная через Щару временная переправа оказалась не в состоянии выдержать ничего тяжелее полуторки, генерал-майор Мостовенко решил уничтожить всю технику, вооружение и имущество, которые невозможно переправить через временную переправу, и прорываться дальше на восток налегке. Если это осуществится, то 11-й мехкорпус с полным правом можно будет считать бывшим, так как он утратит возможность хоть как-то влиять на стратегическую обстановку, складывающуюся западнее Минска. Пока нашим делегатам связи удалось всего лишь убедить генерал-майора Мостовенко отложить реализацию своих намерений хотя бы до завтрашнего полудня, но если нам не удастся предъявить соответствующих полномочий, все пойдет по самому плохому сценарию. |