Книга Имперский союз, страница 250 – Александр Борисович Михайловский, Александр Харников

— Да, Николай Карлович, вы правильно рассуждаете, – кивнул Пирогов, – вспомните корейского флотоводца Ли Сунсина. Жизнь заставила его спроектировать и построить «кобуксоны», с помощью которых он разгромил могучий японский флот.

Краббе усмехнулся.

— Игорь Сергеевич, я понял, что вы хотите сказать. Я полагаю, что вы поможете нам разработать проект корабля, который станет через несколько лет первым русским броненосцем.

— Конечно помогу, Николай Карлович, – кивнул Пирогов. – Скажу больше, я приготовил для вас картинку с изображением одного интересного корабля, который перевернул все понятия о войне на море. Именно такие броненосцы могут надежно защитить берега России в Балтийском и на Черном море.

Пирогов открыл свою папку и достал оттуда рисунок, на котором был изображен «Монитор».

— Вот, посмотрите, – протянул он рисунок Краббе, – не правда ли, красавец?

— Что это?! – с изумлением воскликнул лейтенант. – Этот монстр, напоминающий плот, на который зачем-то взгромоздили круглую коробку, и является, по вашим словам, кораблем, перевернувшим все понятия о войне на море? Вы шутите, Игорь Сергеевич?

— Ничуть, – ответил Пирогов. – Именно он, со своей, как вы сказали, круглой коробкой, которая есть не что иное, как башня с круговым вращением, и с двумя мощными пушками внутри этой башни, станет образцом, с которого ведущие морские державы мира будут строить свои корабли.

Правда, этот корабль еще далек от совершенства и имеет множество недостатков. Главный из них – отвратительная мореходность. Сам «Монитор», выдержав бой с броненосным кораблем противника, пошел на дно во время шторма.

Но мы поможем избавиться от «детских недостатков» таких кораблей. Конечно, они не приспособлены для дальних океанских походов, но несколько таких кораблей – и ни одна из вражеских эскадр не посмеет показаться поблизости от Кронштадта и Севастополя.

* * *

После той памятной прогулки на мотоцикле, Адини весь вечер была какая-то бесшабашно веселая. Всегда сдержанная и скромная, она громко смеялась шуткам мужчин и тайком с улыбкой поглядывала на Николая. Все это не укрылось от зорких глаз Ольги Румянцевой. Под каким-то пустяковым предлогом она выманила Сергеева-младшего из дома и с ходу набросилась на него.

— Ну что, гвардеец, вскружил девчонке голову? Ты мне смотри, чтобы ничего такого у вас там не было. Знаю я вас, кобелей, только одно у вас мужиков на уме! Ты не забывай, что она совсем девчонка, и к тому же великая княжна. Ее папаша, случись чего, голову с тебя снимет. Только я прежде сама оторву твою бестолковку непутевую! – Ольга, похоже, разошлась не на шутку.

Николай, слегка опешивший от такого напора, не сразу пришел в себя.

— Ольга Валерьевна, – наконец вымолвил он, – да у меня и мыслей таких в голове нет. Ну, нравится мне Адини, тут я с собой ничего не могу поделать. Да и она, как ты видишь, тоже, похоже, ко мне неравнодушна. Только я все понимаю, и обещаю, что не позволю с ней никаких вольностей. Что я, подонок какой-то?

Ольга перевела дух.

— Вижу, Коля, что у вас любовь нешуточная наметилась. Только не забывай – кто ты, и кто она! Никогда император не даст ей разрешение на брак с тобой. У твоего коронованного тезки в этом отношении было строго. Хотя… Ладно, не будем ничего загадывать. Пусть все идет как идет. А об обещании – не забывай!