Книга Имперский союз, страница 341 – Александр Борисович Михайловский, Александр Харников

В кустах они нашли еще один труп, а шагах в двадцати от него, в лесу, – лежащего ничком человека в крестьянской одежде. Он был ранен в ногу чуть выше колена.

— Ба, знакомые все лица, – произнес Виктор, когда крестьянин, услышав шаги, повернул в их сторону голову. Перед ним был не кто иной, как бывший староста, смещенный с должности за нерадивость и воровство. – Ай да Фома, ай да сукин сын… Значит, это ты меня продал этим панам?

— Барин, не губите, – взмолился Фома, – меня заставили! Эти ляхи, будь они трижды неладны, и вот тот англичанин, который у них был старшим, обещали убить меня, если я их ослушаюсь.

— А сколько, мерзавец, они тебе денег обещали за наши головы?! – воскликнул Сергеев. – Ну, Фома, теперь тебе до конца дней придется тачку катать на каторге…

Бывший староста завыл, словно баба, и, сидя на земле, стал раскачиваться из стороны в сторону.

На дорожке загремели телеги. Похоже, прибыло подкрепление. Значит, Пашка все же сумел добраться до села.

— Барин, Виктор Иванович, – Сергеев услышал голос кузнеца Серафима, – вы живы?

— Жив, Серафим, – ответил он, – всех супостатов мы порешили и даже одного в плен взяли.

При этих словах Фома перестал выть и опять упал ничком на землю.

— Барин, мы идем к вам, – снова крикнул Серафим. – Не бойтесь, мы за вас злодеям головы поотрываем…

* * *

Наутро после экскурсии в Выборг из Москвы в Питер вернулся подполковник Щукин. Он остался очень доволен результатом своей поездки, а главное – тем, что неопределенность наконец закончилась, получена отмашка и на свет божий появился отдел «Х». Правда, народу в этом отделе – кот наплакал. Но полномочия у Олега как начальника спецотдела были огромными, и многие вопросы, которые в прежние времена рассматривались бы неспешно, с ленцой, теперь решались просто влет. Увидев грозную бумагу с подписью самого, большие и малые начальники тут же спешили отдать соответствующие распоряжения.

Олег еще перед вылетом в Петербург по телефону связался с Шумилиным и объявил большой сбор всем, кто был причастен к путешествию во времени. Местом проведения сбора был назначен небольшой разъездной катер, принадлежавший конторе и использовавшийся ею в качестве плавучего рабочего кабинета. В его салоне можно было с удобствами и вполне комфортно обсудить самые конфиденциальные вопросы.

Но прежде Щукин решил приватно побеседовать с Шумилиным – неформальным лидером всего коллектива. Надо было проинформировать его о состоявшемся разговоре с Первым и услышать его мнение. И уже потом переговорить со всеми остальными.

Он назначил Александру встречу в том же кафе-ротонде в Таврическом саду, где впервые узнал о том, что его старый приятель натоптал дорожку в прошлое.

— Здравь буде, князь Олег, – приветствовал Щукина Александр. – Не буду спрашивать у тебя, удалась ли поездка в столицу. По твоей довольной физиономии и так все понятно. Скажи-ка мне лучше – с самим встретился?

Щукин потер усталые глаза – поспать ему удалось за трое суток всего часов семь-восемь, а потом, улыбнувшись, достал из кармана бумагу, подписанную Первым. Шумилин внимательно перечитал ее, посмотрел на подпись, вздохнул и вернул Олегу.

— Что ж, поздравляю… – сказал он. – Только я не знаю, радоваться мне этому или огорчаться. Ты вот что лучше скажи – будем ли мы теперь самостоятельны во всех своих действиях или должны ходить на коротком поводке?