Книга Имперский союз, страница 410 – Александр Борисович Михайловский, Александр Харников

— Гм, – Надежда была немного озадачена, – ведь ей трудно было так сразу объяснить человеку XIX века, что такое авиация и спортивные соревнования по высшему пилотажу. – Геннадий, высший пилотаж – это когда пилоты управляют своими самолетами, заставляя их совершать разные маневры в воздухе.

Невельской недоуменно пожал плечами, показывая, что ему непонятно объяснение мадемуазель Щукиной. Тогда Надежда достала из корабельного рундука небольшой альбом с фотографиями, который она, среди всего прочего имущества, взяла с собой в плаванье.

— Вот, я у своего самолета, – сказала она, показывая Невельскому фото, на котором Надежда в черной обтягивающей футболке и шортах стояла рядом со спортивным одномоторным самолетом Як-52.

Невельской посмотрел на фото и смущенно отвел глаза. Одежда мадемуазель Щукиной показалась ему слишком неприличной. Потом он стал рассматривать странную крылатую машину, рядом с которой стояла его собеседница.

— А она что, и правда летает? – спросил Невельской. – По воздуху, как птица?

— Летает, Геннадий Иванович, – вступил в разговор подполковник, – еще как летает. Знаете, когда я слежу за полетами моей милой дочурки, у меня порой душа уходит в пятки от страха. А ей хоть бы что.

На другой фотографии в небе был виден летящий самолет, за которым тянулась белая дымная полоса. Следующая фотография удивила лейтенанта еще больше – на ней в небе под огромным зонтиком и со странным шлемом на голове парила в небе Надежда, при этом совсем не испуганная, а, наоборот, довольная до невозможности.

— Мадемуазель! – воскликнул удивленный Невельской. – Да вы самая настоящая валькирия! Никогда бы в жизни не поверил в то, что такая прекрасная девушка может летать по небу, аки ангел…

— Эх, Геннадий Иванович, – сказал Щукин, – знали бы вы – сколько седых волос у меня появилось после полетов этого «ангела». Все же дело, которым она занимается, небезопасно для жизни и здоровья…

— Папа, – Надежда капризно надула губки, став от этого еще прекрасней, – но ведь это так здорово – парить в воздухе. Это такой восторг!.. Кстати, Геннадий, посмотрите – это я лечу на дельтаплане.

Невельской посмотрел на очередную цветную картинку и увидел мадемуазель Щукину парящей в небе на каком-то странном сооружении треугольной формы. Внизу под ней была видна земля с маленькими-маленькими домами и деревьями. Лейтенант прикинул высоту и покачал головой – выходило, что Надежда летела на расстоянии полуверсты от земли.

— Скажите, мадемуазель, – спросил он, – а что, у вас каждый может взять и научиться летать по небу. Я бы тоже был не против пройти обучение искусству полета.

— В общем, если здоровье позволяет и есть желание, то пилотом может стать любой человек. Вот вернемся домой, – кокетливо сказала Надежда, – и если у вас не пропадет желание научиться летать, то я, Геннадий, охотно стану вашим преподавателем.

— Буду вам весьма благодарен, – произнес Невельской, – со своей стороны, мадемуазель, я обещаю стать самым прилежным вашим учеником.

— Думаю, Геннадий Иванович, что умение управлять мотодельтапланом может вам пригодиться, – неожиданно став серьезным, сказал подполковник Щукин. – Как я слышал, в самое ближайшее время вам предстоит отправиться на Дальний Восток, чтобы там заняться исследованием морей и островов. Вот там-то и можно было бы воспользоваться мотодельтопланом для того, чтобы с воздуха рассмотреть коварные мели и увидеть то, что нельзя увидеть с борта корабля. Думаю, что один из открытых вами островов вы непременно назовете именем вашей учительницы, – Олег хитро улыбнулся и посмотрел на свою дочь.