Онлайн книга «Вечерний Чарльстон»
|
Кэб мы нашли сразу – он был высшей категории, с мягкими сиденьями и огромным подушками, а также теплым одеялом – почему-то одним. День был весьма холодным; еще неделю назад все цвело, а теперь накатились морозы, и цветы магнолии, росшей перед домом четы Грили, были покрыты толстым слоем льда[59]. Поэтому мадам накрылась одеялом и настояла на том, чтобы укрыть и меня, а под одеялом прижалась ко мне, прошептав, что так, мол, теплее. Даже если бы я не был женат, никакого желания она бы у меня не вызвала, но я понимал, что лучше не ссориться не только с сильными мира сего, но и с их женами, и размышлял, как бы выйти из ситуации без того, чтобы оказаться с этой дамой в одной постели, при этом ее не обидев. Мы уже подъезжали к гостинице, когда я увидел, что Бродвей был перегорожен упавшим на бок грузовым экипажем, которые двое пытались вновь поставить на колеса. Кэбмэн посмотрел на нас грустно и сказал: — Можно объехать, но это будет еще минут пять-десять. Или, если хотите, отсюда пешком тридцать ярдов, не больше. — Давайте прогуляемся! – предложила миссис Бэнкс, пока я не успел попросить возницу все-таки объехать это место по соседним улицам. Не понравилось мне увиденное, а еще один из этих двоих мне показался смутно знакомым. Не успели мы пройти мимо кэба, как эта парочка перестала возиться с повозкой и бросилась на нас сзади, а еще один появился из темноты с ножом в руке и попытался схватить миссис Бэнкс. Я протиснулся между ним и ней и закричал: — Бегите! Но сзади на меня навалился второй, а третий достал револьвер и страховал их чуть поодаль. И тут я вспомнил, где я видел этого третьего. Узнал я его не по физиономии – ее я не рассмотрел ни тогда, ни сейчас, – а по росту и походке. Именно он следил за мной на борту «Роскильде» после Христиании. — Пойдешь с нами, или сначала порезать тебя? – с ярко выраженным ирландским акцентом произнес тот, с ножом. Но от входа в гостиницу уже бежали двое охранников с кольтами наперевес. Ирландец попытался меня достать своим оружием, я же упал ему под ноги и постарался его сбить, но послышались два выстрела, и он упал рядом со мной, а другой заорал, тоже с ирландским акцентом: — Они меня подстрелили! Побежали поскорее! — Мистер Фэллон! – закричал подбежавший охранник. – Мистер Фэллон! У вас на боку кровь! — Наверное, не моя… Но оказалось, что проклятый жмур успел-таки меня подрезать перед тем, как сам ушел в страну вечной охоты, или как это называется у ирландцев. Меня бережно отнесли в гостиничный медпункт, где мне промыли рану – по моей просьбе, это сделали алкоголем, хоть фельдшер и удивился «странной европейской идее» – и зашили ее. После чего меня доставили в мой собственный номер, а миссис Бэнкс пообещала прислать служанку, чтобы та заботилась обо мне, пока я не выздоровею. Да, подумал я, когда Мэри, подоткнув мое одеяло, вышла, вообще-то мужчина должен быть охотником, а сегодня я оказался дичью – как для посетительниц салона, а особенно для Мэри, так и для ирландцев. А я, как колобок, и от бабушки ушел, и от дедушки ушел, и от разнообразных животных… Вот только мне и дальше придется держать ухо востро – а то колобка все-таки съели. 4 апреля 1855 года. Нью-Йорк, гостиница «Астор Хаус». Сэр Тед Фэллон, раненый |