Книга Все дороги ведут в Реймс, страница 7 – Александр Харников, Максим Дынин

А от Франции остались лишь французские географические наименования (от Детройта и Чикаго до Сент-Луиса, Батон-Ружа и Нового Орлеана), а также часть населения на юге Луизианы (а до недавнего времени и в Алабаме, в Мобиле и окрестностях), так называемые креолы (жители Нового Орлеана французского происхождения) и каджуны – потомки переселенцев из Французской Акадии, изгнанных англичанами после завоевания этой территории. Французский до сих пор является вторым официальным языком Луизианы, и некоторые каджуны все еще говорят между собой на каджунском диалекте французского, хотя этот язык постепенно вытесняется английским.

28 февраля 1756 года. Королевство Пруссия. Сан-Суси. Граф Карл Вильгельм Финк фон Финкенштейн, кабинет-министр королевства

Для меня не стало неожиданным приглашение моего друга детства Фридриха, короля Пруссии, срочно посетить его во дворце Сан-Суси. По должности моей мне приходилось часто вести приватные беседы с Фрицем – так по старой памяти я называл короля, коего весьма уважал и любил. Он же, в свою очередь, редко принимал важные решения, касаемые государства, без моего совета^[4].

Я знал, что король сейчас напряженно размышлял, готовясь к новой войне с Австрией. То, что она была неизбежной, стало ясно после того, как Фриц победил императрицу Марию-Терезию и лишил ее Силезии. Рассказывали, что та рыдала, как ребенок, у которого отобрали любимую игрушку, подписывая мирный договор в Дрездене, окончательно закрепивший Силезию за Пруссией. Но обиженные дети часто бывают злопамятными. Мария-Терезия поклялась примерно наказать Пруссию и вернуть утерянные земли. Для этого она стала сколачивать коалицию, направленную против нашего королевства.

Именно поэтому Фриц и стал готовиться к войне, ища союзников, которые могли бы помочь ему окончательно разгромить Австрию. Одним из самых влиятельных государств в Европе была Россия, которая еще не приняла окончательного решения, оставаться ли ей в будущей общеевропейской войне нейтральной или примкнуть к одной из противоборствующих сторон.

Хотя Россия и не граничила с Пруссией, да и явных противоречий между нашим королевством и этой огромной варварской империей вроде бы не было, стоило, однако, просчитать все возможные варианты развития событий, не исключающие возможность нападения на нас России. Мы с Фрицем обсудили в свое время вроде бы все, решив, что пока ленивая и нерешительная императрица Елизавета будет, подобно буриданову ослу, раздумывать, как ей поступить, отлично обученная и снаряженная армия Прусского королевства успеет разгромить Австрию и примкнувших к ней сателлитов, заставив Марию-Терезию признать свое очередное поражение. Но тут в Новом Свете произошло нечто, что заставило нас еще раз тщательно обдумать планы будущей военной кампании.

То, что англичане и французы постоянно сражаются друг с другом на американском континенте, ни для кого не было секретом. По всем нашим расчетам, французы в этой колониальной войне должны были потерпеть поражение и уйти из своих заморских владений. Но неожиданно в противоборство старых соперников вмешалась некая третья сила. Это были русские, которые, взявшись неизвестно откуда, наголову разбили армию генерала Брэддока на какой-то реке под труднопроизносимым на немецком языке названием Мононгахела. Практически одновременно англичане сумели захватить французскую часть местности под названием Акадия – это где-то на востоке Нового Света. И, судя по информации, полученной от коммерсантов, торговавших в тех краях, русские согласились помочь французам отвоевать эти земли – по слухам, в обмен на некие острова, на которых они намеревались создать свою колонию.