Онлайн книга «Русские своих не бросают»
|
И если родителям и раньше нравилась Россия, то теперь они относятся к моей новой родине с обожанием. Маму и Джимми, по моей просьбе, будет обучать русскому языку все та же Лариса. Кроме того, мама захотела выучиться на сестру милосердия, решив принести хоть какую-нибудь пользу нашей больнице. Но увы, Лена ей сказала, что сначала нужно научиться говорить по-русски, познакомиться с основами химии и биологии – ведь то, чему ее когда-то учили на курсах в Чарльстоне, мама уже успела благополучно позабыть, да и уровень у них был пониже, чем у нас в Саванне. Да и то, чему учили у нас на курсах, по сравнению с русскими школами – вообще детский лепет. Мама обещает сегодня же взяться за учебники, по которым совсем еще недавно училась я. А Джимми станет преподавать вместо меня английский. Не удивлюсь, кстати, если он в процессе познакомится с кем-нибудь из своих студенток. Родители, так я понимаю, теперь не будут иметь ничего против, если он женится на русской. Ну, а пока моя первоочередная задача – добраться до города со странным названием Херсон, над которым почему-то некоторые русские хихикают, и далее до речного порта с турецким названием Измаил. По дороге – сплошные лекции и практические занятия. С нами едут три студентки-старшекурсницы, которые нам будут преподавать базовый курс знаний. Конечно, кое-чему я уже научилась, но скорее в теории. Краем уха я услышала, что, возможно, кое-кому из нас позволят отправиться с действующей армией для оказания помощи раненым на поле боя. Меня, увы, не взяли, сказав, что у меня слишком недавно была сломана рука. Но я сделаю все, чтобы все-таки попасть на фронт. Если мой ненаглядный рискует жизнью, то это самое малое, что я могу сделать, чтобы быть достойной его. Конечно, ему я об этом пока ничего не скажу – иначе он меня точно не пустит… Лениво завертелись гребные колеса, и пароход начал потихоньку отходить от причала Елагина острова. Фигурки моих родных и друзей скоро стали размером с муравья, а потом берег и вовсе исчез в дымке… По моему лицу катились слезы, оставляя следы в серой маске, покрывшей мое лицо – я и забыла, что это такое, ходить на пароходе. Я спустилась в кубрик, который делила с тремя другими девушками. Мы познакомилась на подготовительных курсах, и все они были не «из будущего», а из Петербурга и из Москвы. Посмотрим, каково это будет – жить с малознакомыми женщинами. Впрочем, я им уже преподавала английский, так что они ко мне относятся с уважением. В углу стоял бачок с водой, из которого я умылась над стоящим рядом ведром, и, увидев, что оно почти полное, отправилась обратно на палубу, чтобы его вылить. Как ни странно, дождь уже кончился, и где-то в разрыве между облаками я вдруг увидела край солнечного диска. Неплохое предзнаменование, подумала я, а что страшновато – так никто меня сюда не гнал. 24 октября (5 ноября) 1854 года. Одесса Капитан 2-го ранга Зайдерман Лев Израилевич, временный начальник Березинско-Одесского водного пути «Ох, нелегкая эта работа – из болота тащить бегемота!» Глядя на то, как «Мордовия» и «Выборг» продирались сквозь узкие каналы и шлюзы Березинской водной системы, мне все чаще и чаще приходили на ум эти строчки из «Телефона» Корнея Чуковского. Корабли наши все же двигались, несмотря на все препятствия, и вот они уже вошли в Березину. Еще немного, и можно будет спускаться по Днепру к Черному морю. |