Онлайн книга «Рандеву с «Варягом»»
|
Белопенные столбы разрывов начали стеной подниматься у форштевня японского броненосного крейсера. Не все снаряды уходили в воду, некоторые ударялись о корпус крейсера, а один разорвался на броне боевой рубки. Неужели таким способом можно остановить громадину водоизмещением десять тысяч тонн? Не верю. Но что это, на двадцати узлах скорости нос крейсера все глубже и глубже зарывается в воду. Это не сильно заметно, наверное, оттого, что вокруг все время рвутся снаряды и японский крейсер продолжает идти прямо на нас… Опасно кренясь в левом развороте и шатаясь, будто пьяный, сбрасывая скорость, «Якумо» выходит из атаки. На его мачте болтаются какие-то сигналы. Огонь по нему прекращается, точнее, переносится на следующую цель. Когда он разворачивается к нам кормой, то видно на треть торчащее из воды перо руля. Еще немного и… Что за чудеса?! — Никаких чудес! — отвечает мне контр-адмирал Ларионов. — Все просто — если знать технологию вашего кораблестроения. Корпус корабля собирается на заклепках. В середине корпуса, на прямолинейных участках, заклепки стальные, зачастую они прочнее тех листов обшивки, которые скрепляют, обшивка рвется, а клепаный шов остается целым. Ставит такие заклепки гидравлическая клепальная машина, у которой достаточная сила удара и скорость работы. Но в узкие и фигурные оконечности вокруг форштевня и ахтерштевня с клепальной машиной не подлезть. Там раскаленные докрасна заклепки ставит мастеровой с кувалдой. А поскольку тугую стальную заклепку вручную просто невозможно развальцевать за то время, пока остывает металл, то там применяются более мягкие заклепки из чугуна с примесью шлака. В обычном режиме их прочность почти приемлема, но они крайне не любят резких ударов. Тогда внешняя головка — «крак» и обламывается. Заклепку выбивает внутрь, и получается дырка диаметром около полутора дюймов. Хорошо если одна, но при близких подводных взрывах таких дыр возникает сотни… В носовой части ситуацию усугубляет набегающий поток воды. Вы видели, что случилось с крейсером немецкой постройки — он поврежден, причем очень тяжело. Сейчас «Адмирал Ушаков» перенес огонь на одного из «англичан», и мы проверим на практике версию о большей прочности корпуса «немцев». На «Адмирале Ушакове» его словно услышали, а может, и в самом деле это была команда — я все еще путаюсь, когда эти люди шутят, а когда говорят всерьез. Пока мы разговаривали, снаряды начали рваться в воде вокруг следующего японского крейсера, на мой взгляд, систершип убиенной в Чемульпо «Асамы». Я до сих пор удивляюсь, когда корабли эскадры адмирала Ларионова открывают огонь без пристрелки — сразу на поражение. А если учесть, что японцы нас даже теоретически не могут достать, то все происходящее выглядит каким-то избиением младенцев. Жуть! Сначала мы просто не могли ничего увидеть из-за сплошной стены водяных столбов. Японский корабль они закрыли полностью. Потом в воздухе мелькнуло ярко-красное днище, бешено вращающиеся винты, перо руля… И всё… На поверхности остались лишь обломки когда-то грозного корабля. «Адмирал Ушаков» немедленно задробил стрельбу, но еще примерно две-три минуты в воду падали уже выпущенные снаряды, убивая последних выживших японских моряков. — Песец котенку, — вздохнул контр-адмирал Ларионов, — утоп бедняга. Дело явно не обошлось отдельными заклепками. Наверное, еще и пару листов обшивки вынесло напрочь. |