Онлайн книга «Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила»
|
— Сэр Артур, – озабоченно произнес Первый лорд Адмиралтейства, – все дело в том, что навигация в акватории Финского залива начинается только в конце апреля – начале мая. А до этого момента наш флот просто не сможет пробиться сквозь лед. — Хорошо, сэр Уильям, – устало сказал британский премьер, – делайте все, что сможете. Тем более что сэр Генри мне уже докладывал о подготовке русскими некоего Балтийского союза. Так что проблемы у вас могут возникнуть еще в Датских проливах. Эти датчане, быстро забывшие о том, как наш славный адмирал Нельсон с помощью своих пушек показал им, кто хозяин в европейских морях, слишком много себе позволяют. Если это так, то пусть эти дикари из Петербурга для начала полюбуются на развалины Копенгагена. Вы меня поняли, сэр Уильям? К первому, максимум десятому апреля наш флот должен подойти к Копенгагену. И горе тем датчанам, которые рискнут встать на нашем пути! — А как насчет других датских городов? – осторожно спросил сэр Уильям. – Надо ли их жителей научить хорошим манерам? — А почему бы и не поучить? – ухмыльнулся британский премьер. – Чем хуже Копенгагена такой город и порт, как Эсбьерг, Скаген или Орхус? Пусть ими займутся наши крейсера. На побережье Ютландии есть где положить десяток-другой крупнокалиберных британских снарядов. Датчане так никогда и не будут любить нас, так пусть просто боятся – нам этого будет вполне достаточно. Думаю, что их пример послужит хорошим уроком для тех, кто не будет уважать военную мощь нашей империи… Ну, а теперь, джентльмены, идите. Мне еще раз надо будет подумать над тем, о чем мы только что с вами говорили, и решить, что именно мне сказать его величеству. Если будут какие-либо изменения в планах, то вам своевременно сообщат. Все, джентльмены, все свободны. 16 (3) марта 1904 года, вечер. Санкт-Петербург, Зимний дворец, кабинет Е.И.В. Полковник Антонова Нина Викторовна Мы, пришельцы из будущего, привычны ко всему. Беспрецедентно наглое британское заявление нас возмущает, но не удивляет. Видали мы и не такое. Мадлен Олбрайт, Кондализа Райс и Хиллари Клинтон закалили нас в идеологических боях. Напротив, местные, привыкшие к обтекаемой вежливости XIX века, были не столько возмущены, сколько шокированы беспардонностью британского заявления. — Это истерика, ваше величество, – стараясь быть спокойной, сказала я Марии Федоровне, прочитав текст британской ноты, – а значит, признак слабости. А еще это добровольное признание вины в цареубийстве и попытке насильственного свержения законного государя Михаила Александровича. Партию свою они проиграли, и теперь джентльмены банально пытаются блефовать, угрожая России. — Уж очень вы спокойны, мадам, – сухо заметила Мария Федоровна, забирая у меня бумагу. – Неужели вам совсем не страшно? — Не вижу причин для паники, – ответила я, – сейчас позиции России достаточно сильны, а Британии, наоборот, ослаблены. Нас пытаются запугать повторением истории с Крымской войной, но сегодня Британия одна, а в одиночку она не привыкла сражаться с сильным противником. Тем более что гордые бритты ухитрились испортить отношения и с Германской империей. А это уже для нее опасно. В настоящий момент британская дипломатия может попытаться сколотить антироссийский альянс только из тех европейских государств, которые являются историческими врагами России. |